Осколки первой любви. Его наваждение - Лена Бонд Страница 132

— Нет, все хорошо, – спешу заверить его я. – Просто рано встала, чтобы успеть на автобус, и укачало в дороге.

— Надеюсь, ты сегодня уже не поедешь на работу? – спрашивает он, заправляя непослушную прядь за мое ухо.

— Нет, я предупредила, что буду работать из дома, – отвечаю я, и мысль о том, что мне не придется сегодня видеть Руслана, приносит мимолетное облегчение.

Кирилл улыбается и целует меня. Его губы мягкие, теплые, такие знакомые. Я отвечаю на поцелуй, но внутри меня все сжимается от стыда и вины, которые все еще разъедают мою душу.

* * *

Вскоре мы всей семьей сидим за столом в моей съемной квартире и обедаем. Мама с Кириллом приготовили ароматное, вкуснейшее домашнее жаркое, а я помогала им нарезать салат из свежих овощей. С виду все хорошо. Я улыбаюсь и выгляжу счастливой, но внутри меня бушует настоящий катаклизм.

У меня нет ни одной свободной минуты, чтобы разобраться со своей жизнью. Что делать после того, как я узнала правду. Что Руслан бросил меня не из-за равнодушия, а чтобы защитить от опасности. Что мне теперь делать со всем этим?

Я не знаю. Просто не знаю.

С Кириллом все намного проще и понятнее. Эта легкость в нем всегда привлекала меня. Мне хотелось жить так же, без тяжести, не погружаясь в бездну своих внутренних демонов. Но сейчас эта простота кажется поверхностной, словно я все это время бежала от самой себя.

— Как там Людмила Михайловна? – спрашивает Елена Викторовна, накладывая в тарелку порцию салата. – Как проходит восстановление? Кирилл говорил, что ее снова госпитализировали.

Я откладываю вилку и делаю глоток воды, собираясь с мыслями.

— Ей лучше, спасибо, – отвечаю я, стараясь звучать оптимистично. – Врачи говорят, что восстановление идет хорошо, но есть угроза повторного инсульта. Нужно будет тщательно следить за давлением, контролировать прием лекарств и беречь ее от стресса.

— Когда ее выписывают? – интересуется Павел Сергеевич, кладя в рот кусочек нежнейшего мяса.

— В понедельник я заберу ее домой. – Мой голос звучит увереннее, чем я ощущаю себя на самом деле.

— Не переживай. – Елена Викторовна накрывает мою руку своей, и ее прикосновение согревает мою душу. – Мы поможем. Все будет хорошо. Бедная моя девочка. Столько всего свалилось на твои хрупкие плечи. И за мамой ухаживать надо, так еще и работать приходится…

— Мы справимся, – уверенно заявляет Кирилл. – Теперь, когда все здесь, будет намного легче.

— Конечно, справимся, – поддерживает его Павел Сергеевич. – Мы семья. А семья всегда поддерживает друг друга.

Я смотрю на них – на Кирилла, на его родителей – и чувствую, как к горлу снова подкатывает ком. Они такие искренние, такие настоящие. Я верю, что они действительно хотят помочь, поддержать, разделить мою ношу, и это многое значит для меня.

К концу обеда душевное равновесие постепенно возвращается. Я действительно понимаю, что не одна в этом мире, что у меня есть Кирилл, который сегодня ведет себя намного внимательнее, и его семья, ставшая для меня родной.

— Спасибо за восхитительный обед. – Довольный Павел Сергеевич отодвигает пустую тарелку. – Мы с Леной пойдем в нашу квартиру, разберем вещи. А вечером приглашаю всех поужинать в ресторане. Дети, выберите любое место, я вам полностью доверяю.

— Отличная идея, пап! – мгновенно оживляется Кирилл.