Унесенные морем - Бет О'Лири Страница 133

— У меня есть номер ее начальницы, Мариссы, – неохотно сообщает Джереми. Он ложится на кровать и достает телефон.

В ожидании я смотрю из окна на улицу. Там прибавилось еще несколько фургонов. И людей с фотокамерами. Я смотрю во все глаза. Сейчас у меня не такие странные ощущения, как в машине, но мир все равно очень чудной. Повсюду люди. Все время какие-то звуки. Даже через закрытое окно до меня доносится шум шоссе – не припомню, чтобы слышал его в детстве. И у всего есть запах. Не плохой, но… ярко выраженный. Весь дом чем-то пропах. Кажется, раньше я не обращал на это внимания.

Один из людей внизу замечает меня и подносит фотокамеру к глазам. Он напоминает мне снайпера из какого-то фильма – настолько быстры его движения. Я задергиваю штору.

Когда я, наконец, дозваниваюсь до Мариссы с телефона Джереми, я сразу вспоминаю ее голос. Это женщина из паба, которая ретировалась за дверь, когда заметила, что я заглядываюсь на Лекси. Получается, она и свела нас друг с другом.

— Алло, – раздается ее голос, и в нем слышится настороженность, которая мне не нравится.

— Привет. Можно поговорить с Лекси?

В трубке надолго повисает тишина. И тут я понимаю, что все плохое вовсе не закончилось.

— Извини, – отвечает Марисса, – она не хочет с тобой разговаривать.

Мое сердце пускается в галоп. Я опускаюсь на стул возле письменного стола, за которым я страдал над учебниками перед выпускными экзаменами, хотя никогда не видел в них смысла.

— Что значит «не хочет со мной разговаривать»?

— Она просила передать тебе это, если ты позвонишь.

— Она так сказала? Сказала, что не хочет…

Я не договариваю, оглушенный молчанием Мариссы. Нет. Нет. Я прижимаю пальцы ко лбу. Я видел Лекси несколько часов назад. Мы держались за руки, крепко держались. «Я люблю тебя», – прошептала она, прежде чем сойти на берег с катера.

Не надо было ее отпускать. За все время, что мы были в море, мы ни разу не разделялись, не расставались. Такое чувство, что я вернулся на лодку, но на этот раз ветру удалось вырвать ее из моих объятий.

— Она что-то еще сказала? Она в порядке? Можно мне узнать почему? – спрашиваю я резко, не скрывая горечи в голосе. Я так устал. Я так… растерян.

— Нет, – помолчав, отвечает Марисса. Потом добавляет: – Извини.

— Ты издеваешься надо мной? – повысив голос, спрашиваю я. – Нет, нельзя, или нет, не в порядке?

Она вздыхает.

— Слушай, ты вроде нормальный парень. Так что я просто советую тебе подумать, что такое ты мог сделать, чтобы женщина вроде Лекси никогда не смогла тебя простить. Это и будет ответом на твой вопрос. И нет, она не в порядке из-за всего этого. Врубаешься?

Я таращусь в стену. Что я сделал? Что это может быть? Ничего не приходит в голову. Она знает меня лучше, чем кто-либо.

— Я не знаю, о чем ты.

Я слышу беспомощность в своем голосе, и, может, она тоже ее слышит, потому что она говорит:

— Поспи немного. Ты столько всего пережил. Отдохни. Мы за ней присмотрим.

Она кладет трубку. Я ложусь на одеяло и пялюсь в знакомые узоры на потолке моей старой спальни. Чувствую себя совершенно… не знаю. Не знаю. Опустошенным. Полым изнутри.

Лекси не уходит от людей, которые ей дороги, никогда. Так что, я ей не дорог, что ли? В это я тоже не могу поверить. Я знаю ее, я держал ее в объятиях, когда мы оба были на краю пропасти, и я…