Измена. Попаданка в законе 2 - Тереза Нильская Страница 134

Сидя у костра и глядя вдаль на оставшееся позади нас чёрное после пожара ущелье между горами, я спросила Маркуса, что он чувствовал в это время.

— Ненависть к Синтии, что она пошла на преступления. Злость на себя в прошлом, что постеснялся отвадить её от себя в самом начале и притащил “на хвосте” на Север.

— Плохие чувства, в общем, — заметила я.

— А ещё страшную боязнь, что могу потерять вас. Как хорошо, что мы поехали вместе, а не порознь, и я смог защитить тебя и сына.

Я соглашаюсь. Без Маркуса Синтия здесь нас просто всех сожгла бы.

— Я думаю, это ущелье потом назовут ущельем Безумной рыжей драконицы, — предполагаю я.

— Или в памяти потомков оно останется в более сокращенном варианте — ущелье Рыжего дракона, — улыбается Маркус.

Много лет спустя на карте страны я разглядывала с детьми горные массивы Вольтерры, и увидела надпись картографа.

Да, именно так, как сказал Маркус — “Ущелье Рыжего дракона”.

В память, вероятно, не столько даже о рыжей драконице, а о страшном пожаре в северных горах, случившемся после Героический битвы.

Глава 55. Родственники как данность

Через три дня тяжелого горного путешествия мы вышли к населенным пунктам, где смогли взять достаточное количество лошадей и две повозки.

Моё дальнее имение Эшбори, куда много месяцев назад я отправлял Ларику в гневе и ярости, оставалось в стороне от общего маршрута к замку. И я решил следовать дальше.

Поэтому далее мы прибыли в село Ларики, на ее родину, где жила ранее семья Дары Артонс.

Именно здесь мачеха Хильда издевалась над маленькой Ларикой.

Именно здесь я искал Ларику в горах и на дне озера. И дракон выл от отчаяния, когда решил, что Ларика и мой нерожденный сын утонули.

Здесь, поддавшись гневу и ярости, я сбросил безумную Хидьду в озеро. А затем в отчаянии от мыслей о смерти беременной Ларики сжёг дом Артонсов, который семейка Хильды превратила в притон.

И потом, при последнем посещении села, я все же дал деньги погорельцам — дочерям Хильды, чтобы они построились и не опустились на дно нищеты и разврата.

Это было ещё не так давно.

Но эти последние полтора месяца по времени — как несколько лет жизни, такое ощущение. За это время столько всего случилось!

Мой прилёт на северную границу с Синтией “на хвосте”. Нахождение Лары в ужасном состоянии. Лечение моей кровью. Арест Лары Джеральдом и заточение в тюрьму. Организация её защиты и суд. Спасение Лары и детей иглистых магов. Признание Лары как мага.

Исчезновение Джеральда и назначение меня ответственным за охрану границы. Поддержание Ларой и другими магами голубого купола. Поиски Джеральда и наблюдение за битвой людей неизвестной нации с Черной мглой, их порабощение.

Нападение чернородцев по всей границе. Тяжёлая битва. Участие арестантов в битве бок о бок с защитниками, и гибель большей частью и тех, и других. Разрушение купола, тюрьмы, тяжелое ранение меня и Джеральда.

Отчаяние защитников. И подвиг Лары с созданием синего защитного купола. У разрушенного памятника Лара вспыхнула, как факел. Это был переломный момент битвы.

Помощь голубых вэлби Мэлли и Дэлии. Когда все они были как Дары — дочери древнего короля Джордана

И поддержка магией от иглистых детей — Руси, Черныша и Крепыша. Которые в итоге оказались наследными принцами и принцессой Дарии.

Именно по их зову произошла невероятная, невиданная ранее магиявозвращения иглистых магов из плена Черной мглы.