Жуля, я и снежный роман - Ана Ховская Страница 135

Дома меня ждали постный ужин, мелодрама и два памятных браслета Сваровски. Только от моего Снежного Романа ничего не осталось…

Глава 30

Глава 30

15 февраля

Утро в Горном Щите началось не со звонка будильника, а с тишины – такой густой, что, казалось, её можно пощупать.

Я проснулась от тяжёлого вздоха Жульена: он перевернулся и уткнулся холодным носом мне в шею.

— Доброе утро, мой мужчина, – пробормотала я, не открывая глаз, и погладила его тёплое пузико. – Выспались?

Он ответил тихим «фр-р-р», мол, дай ещё поспать – нам же не в рейс.

Мы лежали так ещё пару минут. Никуда не спешили. Ни рейсов, ни встреч, ни сообщений, требующих немедленного ответа – только тишина в доме и пустота внутри.

Потом я сварила крепкий кофе, а съев все конфеты ещё вчера, решила намешать сахару, чтобы не ехать за сладостями. Сегодня я буду затворницей, чтобы пережить своё поражение. А потом, разумеется, с новыми силами – в жизнь без Ивана, Романа и всех, кого не будет рядом по чужой или моей воле…

Жульен устроился на табурете-лесенке и внимательно следил, как я рву пакетики с сахаром.

— Не переживай, дружок, – сказала я, наполняя чашку. – Всё у нас будет хорошо. Обещаю!

Он мигнул, потом зевнул и положил мордашку на лапы, видимо, поверил обещанию.

За окном медленно светало, деревья, белые, бархатные, стояли неподвижно, и тишина обнажала всё то, что я не хотела чувствовать. Но это была жизнь, такая, какой кто-то за облаками прописал её, и не мне было судить, насколько это несправедливо.

— Ладно, начнём всё заново! – вздохнула я, глотнула приторно-сладкого кофе и включила энергичную музыку. – Не время унывать!

Так и прошёл февраль…

Дни тянулись, похожие один на другой: работа, дом, снова работа. В какой-то момент каждый рейс стал казаться днём сурка: одни и те же облака за иллюминатором, те же инструкции, действия, запахи, размытые лица… Даже турбулентность перестала бодрить. Всё было хорошо, только в одном маленьком уголке внутри до сих пор жила пустота, которая съедала энергию.

1 марта

— Женечка, куда делся огонёк в глазах? – однажды спросила Люда, наблюдая, как перед подачей завтрака я перекладываю одни контейнеры с едой на другие, выравниваю стопки, снова перекладываю, будто в тетрис играю, монотонно, бессмысленно.

Коллега, напротив, выглядела гораздо спокойнее и счастливее: Стаса Борисевича она всё-таки бросила и полностью посвятила себя семье. Видимо, это было временное помутнение. (Об этом мне Стас рассказал, но я не лезла с расспросами.)

— Зима батарейку съела, – усмехнулась я.

— Тогда срочно нужна подзарядка. Мы с сестрёнкой идём на музыкальное лото. Пойдёшь с нами?

— А что там делают? – прищурилась я.

— Орут, поют, пьют и выигрывают бесполезные призы, – усмехнулась Люда. – Зато весело и заряжает!

Музыкальное лото? Впервые слышу. С другой стороны, а что мне делать? Засиделась я одна в доме…

— А с собакой можно? – оживилась я.

— Договоримся! – подмигнула она. – Тем более он у тебя певец!

А что, почему нет! Жизнь продолжается!

И по прилёте, покемарив часок, душ, лёгкий макияж (на случай, если жизнь вдруг захочет удивить), и мы с Жулей поехали за Людой на такси.

Мы вышли у паба и, пока я вынимала Жульку из такси, Люда уже кого-то приветствовала.

От холода я низко надвинула капюшон шубки и засеменила по обледенелому асфальту к коллеге.