Зеркало королевы Мирабель - Дарья Иорданская Страница 138

— Мне доводилось держать перстень Фриды, — ГэльСиньяка передернуло. — Это опасная сила. Мне невероятных усилий стоило устоять перед искушением использовать кольцо, хотя, ну как бы я сумел это сделать? А госпоже Сусанне и подавно не удалось сладить с собой. Она обратилась, как сама сказала, к детям воздуха. В Усмахте их называют сильфами. Обратиться-то ей удалось, а вот сладить с воздухом… Невероятная сила переломала ей все кости и так изуродовала лицо, что Сусанну Венкорлу родня не узнала. Но самое ужасное для ведьмы: она полностью лишилась своего, пусть и слабенького, дара.

— Но ведь Джи… — Фламэ осекся. — Госпожа Элиза ловко справилась и на болотах и у стен замка…

ГэльСиньяк кивнул.

— Более чем ловко. К тому же, Фрида утверждает, что госпожа Элиза скорее изобретательна, чем талантлива. Ей бы ни за что не удалось такое сложное колдовство.

— Слишком много странностей вокруг, — вздохнул Фламэ.

— Ага. Хотите, еще добавлю? — имперец отставил кружку. — Вон там человек.

Фламэ вскочил на ноги и посмотрел в указанном направлении.

— Ну, по всей видимости, человек, — поправился ГэльСиньяк. — Может и гном.

Маленькая скрюченная фигурка четко видна была на снегу благодаря черному, как сажа, платью. Выглядела она зловеще, но еще больше пугало другое: как оказался здесь, вдали не то, что от замков — от их руин — живой человек?

ГэльСиньяк поспешно затоптал костер и кивнул.

— Идем?

Фламэ проверил, легко ли скользит клинок в ножнах, и кивнул в ответ.

* * *

Потихоньку — незаметно, по градусу — стало теплее. Снег сошел, обнажив раскисшую, топкую землю, поросшую мамяром и лишенными листьев кустиками морошки. Гать под ногами была совсем старой, прогнила и пугающе пружинила, то и дело совсем утопая в гнилой болотной жиже. Джинджер выпростала руку из-под плаща, откинула капюшон, а потом провела ладонью по воздуху. Вязкий и теплый.

— Какой-то он… странный.

Фрида кивнула.

— Не нравится мне это. Джинджер, не скрывая своей тревоги, огляделась. Мамяр раскинул красновато-бурые листья, словно волосы в ожидании гребенки. Низкую торфяную кочку осаждает кольцо болезненно-бледных поганок. Где-то в отдалении тоскливо и жутко плачет выпь. И воздух, тяжелый и густой, вязкий, словно патока, пахнет серой. Все это были приметы, но не будущего — прошлого.

— Здесь произошло что-то ужасное! — сказала Джинджер, борясь с искушением закрыть лицо руками.

— Каллуна вызвала из внутренней сферы тварь… — Фрида потерла кончики пальцев. — Что это может быть? В легендах совсем нет конкретики! Отчего здесь так тепло?

— Горячие источники? — предположила Джинджер.

— Это в Калладе-то? — Фрида хмыкнула. — Ты еще про огнедышащие горы помяни. Любимая байка в Усмахте. Нет, тут что-то другое, что-то магическое.

Травница присела, вымочив в лужах подол своего плаща, и коснулась гнилых волос мамяра. Понюхала свои пальцы.

— Пахнет… селитрой. Странно… Гнилое место.

— Что возвращает нас к истории об Угаре, — Джинджер внимательно изучила горизонт, жуткий, багровый. Дурной знак. — Стоит пойти быстрее, сестра Цинаммон. Приближается буря.

Небо потемнело быстро, слишком быстро. Заморосил дождь. Джинджер и думать не хотела, как пойдет назад через снега в мокром плаще. Накинув капюшон, молодая ведьма поспешила за своей старшей сестрой.