От друзей к возлюбленным - Салли Блейкли Страница 138

— Про что, Джони?

Я улыбаюсь.

— Про нас.

Он обнимает меня. Я чувствую биение его пульса и могу сосчитать все оттенки карего в его глазах.

Рен наклоняется, как будто хочет поцеловать, но замирает.

— Я выбрал нас уже очень давно, Миллер, – говорит он.

Потом Рен меня целует, и на сердце становится легко, ведь мы делаем первый шаг в следующую часть нашей истории. Каждое воспоминание и все те мгновения, которые еще предстоит запечатлеть, простираются вокруг нас, но самый важный момент – здесь. Сейчас.

Год спустя

— Наконец-то! – радуюсь я, хлопая по боку автомата Ms. Pac-Man, когда надпись «Первое место!» пробегает по экрану. Я ввожу «наши» буквы, все первые строки снова заняты надписью «РИД». – Поверить не могу, что ты не защищал наше доброе имя, пока меня не было.

— Я думал тогда о другом, – смущенно улыбается Рен. Он проводит рукой по моим недавно подстриженным волосам и потирает мне шею. Я таю: его большой палец разминает ноющие мышцы. – Купим тебе нормальное рабочее кресло на этих выходных.

— У меня есть рабочее кресло.

— Кухонный стул – это не рабочее кресло, Джони.

Девять месяцев назад, спустя недели налаживания контактов, попыток продвинуться в мучительно незнакомой среде, я получила первый заказ. Он был от туристической компании в Портленде, подумывавшей о рекламе лучших мест Орегона. Четыре мультяшно-кукольных зверька с рюкзаками, в шляпах и с маленькими картами ходили по мультяшно-кукольному городку. Я никогда еще не делала столько работы в одиночку, но вложилась в проект и постаралась устроить все как следует, оживить героев.

За это время я не раз отдыхала со старыми друзьями. Слетала с Реном в Лос-Анджелес к его родне. Я присоединилась к команде викторин с группой Лео, Стиви и Реном (Стиви ошибалась насчет максимального количества участников). И я начала периодически, не слишком часто, выбираться с Реном на утренние пробежки. Я читала книги, исследовала новые уголки Портленда. Я позволяла себе опираться на людей, когда они были мне нужны.

Поскольку я работаю на фрилансе и доход нестабилен, то провожу три утра в неделю на сменах в кофейне или галерее, если повезет – в магазинчике гирлянд рядом с нашим домом. Рен закончил бо́льшую часть ремонта еще в прошлом декабре. Я переехала к нему после того, как ютилась в кабинете Стиви и Лео и тщетно моталась по съемным квартирам: приезжала, и либо получала отказ, либо меня не устраивала цена. И наконец на Новый год мы с Реном открыли бутылку шампанского в нашей гостиной, подняли тост за начало новой главы.

«Наш дом», – напомнил он.

— Мне нравится твоя шея, – говорит Рен сейчас, в полумраке игрового центра, и целует ее. – И я хочу, чтобы ты оставалась здоровой.

— Я посмотрю кресла, – говорю я, прислоняясь к нему.

Рен кладет на автомат еще два четвертака.

— Еще один раунд? – спрашивает он, вопросительно наклоняя голову и глядя на меня.

— Всего один? – Я поворачиваюсь, приподнимаюсь на цыпочки и позволяю поцеловать себя. – Как насчет пяти?

Рен мягко смеется, его пальцы пробегают по моей шее и зарываются в волосы. За последний год я поняла, что Рен всегда находит способ дотронуться до меня. Будь то слегка соприкоснувшиеся ладони, или поцелуй в плечо, или рука, лежащая поперек моего живота. Ну а я всегда жду этого. Приникаю к нему в бакалейном магазине, держусь за его колено по дороге домой в машине, обнимаю его за талию, когда он готовит, прикрываю глаза и прислушиваюсь к тому, как он дышит.