Наш брак - тюрьма - Полина Рей Страница 14

— Антон, дай договорить, - осадил его Сергей, и в его голосе появились стальные нотки. - Я не говорю, что она плохая жена. Ира просто замечательная. Я благодарен ей за всё, за вас, за дом, за годы рядом, но я не могу так больше. Я не люблю её и никогда, наверное, не любил.

Слова звучали самым страшным для меня приговором. Я сидела и слушала, как он говорит «никогда не любил», и мне казалось, что сейчас я попросту растворюсь в воздухе. Исчезну без права вернуться, потому что если человек, с которым ты прожил четверть века, говорит, что никогда тебя не любил, - значит, всей твоей жизни не было.

Она была ошибкой. Фантомом. Пустотой.

— Я не собираюсь бросать её на произвол судьбы, - продолжил Сергей. - И тоже уже говорил ей вчера: я куплю квартиру в спальном районе, хорошую, с ремонтом. Дам денег, чтобы она могла начать новую жизнь. На первое время ей хватит, а дальше она сама решит, как ей быть.

— Квартиру? - Антон зло усмехнулся и подался к отцу - Деньги на первое время? Пап, ты сам-то слышишь себя? Мама отдала тебе молодость! Она родила нас, бросила институт, не работала, потому что ты просил её сидеть дома и быть твоим тылом. А теперь предлагаешь ей отступные, как какой-то деловой партнёрше по невыгодному контракту?

— Я предлагаю то, что могу, - жёстко ответил Сергей. - У меня есть свои обязательства, свой бизнес, свои планы. Я не могу отдать ей половину всего, это было бы несправедливо по отношению к вам же - к моим сыновьям.

— Несправедливо? - вступил, наконец, в разговор Илья.

Я подняла на него глаза - он сидел, сжав кулаки, и смотрел на отца с каким-то странным выражением. Чем-то вроде растерянности во взгляде.

— Пап, а тебе не кажется, что мама заслужила больше, чем просто квартиру и «деньги на первое время»?

— Я сказал, что мы всё решим с Ирой, - отрезал Сергей. - Без вас. Это не ваше дело.

— Не наше дело? - Антон вскочил с дивана. - Ты разрушаешь нашу семью, папа! Ты уходишь к какой-то девке, которая младше меня! И говоришь, что это не наше дело?

— Антон, сядь! - рявкнул Сергей.

Я аж вздрогнула, потому что в голову пришла мысль - они сейчас передерутся! Прямо в этой самой гостиной. Сцепятся не на жизнь, а насмерть - отец и сын.

Однако, слава небесам, этого не произошло.

Антон сел, но я видела, как дрожат его руки. Мой старший… мой защитник.

Сергей перевёл взгляд на меня и в глазах его не было ничего. Ни любви, ни жалости, ни вины. Только усталость и какая-то холодная решимость.

— Ир, - сказал он тише. - Я не хочу, чтобы тебе было больно, но пойми - так лучше для всех. Ты заслуживаешь человека, который будет тебя любить. А я в любом случае никогда бы не смог тебе этого дать, прости.

Он извинялся, но я ему не верила. В этом «прости» не было раскаяния - только лишь облегчение, как от финальной точки, позволяющей сбросить тяжёлый груз.

Что я могла сказать в ответ? Что умоляю его остаться? Что согласна на все его условия, лишь бы он не уходил? Что я всё ещё люблю его, несмотря на эту боль, на эту измену, на эти слова?

Нет. Я молчала.

Потому что внутри меня, сквозь боль и отчаяние, пробивался крошечный росток гордости. Я не буду унижаться перед ним - ни сейчас, ни сегодня, ни когда бы то ни было.

— Я пока ничего не подпишу, - сказала ему наконец твёрже, чем я ожидала. - Ни на что не соглашусь, потому что мне нужно время подумать.