Разведен. Влюблен. Опасен - Ульяна Романова Страница 14

— Что случилось? – обеспокоенно спросила Марья.

— Апокалипсис.

— Мама в гостях, да?

— Да.

— Давай у нее сегодня ключи своруем? – предложила сестра. – Подожди, я Игорю позвоню, скажу, чтоб замки сменил, так надежнее будет. Что хочет?

— Свадьбу изволят царскую. Чтоб столы от яств ломились да перед гостями не стыдно было.

— Саня, держись! У меня послезавтра выходной, значит, завтра у нас девичник. После мамы нам нужно будет много успокоительного. Вы сейчас где?

— В кафе идем, дома не поели.

— Поняла. Прорвемся, слышишь?

— Угу. Ладно, пока, мы уже возле входа в кафе.

— Давай, обнимаю. Я с тобой!

Я тяжело вздохнула, усадила Василису за столик, мы сделали заказ, и я отошла в сторонку, чтобы позвонить Виктору.

— Привет, – мягко ответил он в трубку.

— Мама звонила, да? – кисло спросила я.

— Было дело, – хмыкнул он.

— Я предупреждала!

— Все нормально, Саш. Не волнуйся. Потерпи немного. Поженимся, сделаем дела и уедем. Держи нос по ветру.

— И хвост пистолетом. Как ты?

— Зашиваюсь! Хочу постараться все доделать как можно скорее.

— Хорошо. Пока.

— Пока.

Все не вовремя. Неправильно.

Лучше бы я вообще сюда не возвращалась!

Я снова спрятала телефон и натянула на лицо улыбку, возвращаясь за столик к Васе…

Глава 6

Кирилл.

–Попандопуло, – фыркнул Антоха и ловко увернулся от подзатыльника.

В принципе, я был с ним солидарен, только выразился бы ярче.

— Кого девчонка побила? – обернулся я к племяннику, глядя в спину убегающей Саньке.

— Фи. Я специально поддавался, – гордо выпятил грудь вперед малой, – а вот ты упал.

Прекрасно, Захаров, над тобой уже малолетки ржут. Так держать!

— Фигово ты за девчонкой ухаживаешь! Пошли, а то твоя мать весь ОМОН окрестный на уши поднимет, если мы задержимся.

— Я не ухаживаю! – возмутился мелкий.

— У тебя уши покраснели. И нос в размерах увеличился, как у Пиноккио.

Антоха прикрыл ладонью нос и смешно засопел, пока я вызывал такси к травме.

— Она мне не нравится, – не сдавался мелкий.

— В следующий раз вместо оскорблений ей лучше шоколадку подари, – я взял на себя тяжелую роль старшего товарища, хотя мыслями был далеко.

— Дашь денег? – оживился племянник.

Я чувствовал себя тетей Розой из программы про женитьбу и покачал головой. Достал портмоне, вытащил купюру и протянул Антохе.

— Держи, пока я добрый. Это за молчание. О том, кого мы встретили, что я упал и мы ездили в травмпункт, ни слова.

— Еще одну такую же бумажку дай, и я никому не скажу. Честно-пречестно! – захлопал ресницами малолетний шантажист.

— Я щас эту заберу и уши тебе на затылке в бантик завяжу, тогда точно не скажешь, – пригрозил я.

— Считай, договорились, – быстро выпалил Антоха, пряча деньги в карман.

— Пойдем, такси приехало, – поторопил я.

— Ну хоть в магазин за мороженым зайдем? – заканючил малой.

— Зайдем, – тяжело вздохнул я, – ногами шустрее перебирай.

Мы сели в такси, я назвал адрес и зло сжал зубы. В присутствии Вишневской у меня мозг отключался, даже спустя столько времени.

Что ж ты за зараза такая, Саня, что я тебя из башки никак вытравить не могу? Что в тебе такого, чего в других нет? Почему, стоит тебе только снова появиться в моей жизни, я превращаюсь в ревнивого придурка, который с мозгами не в ладах?

Зачем я ее в эту травму потащил? Чтобы подольше вместе побыть, конечно. А зачем, мать его, мне это нужно было?