Красные вина зеленые - Су Та Страница 140

Слово «лишнее» пересилило действие лекарств. Ю Фэн медленно поднял тяжелые веки. Полуночное отделение гудело, но ее фраза будто была сказана в пустой комнате, в груди и в голове она отозвалась гулким эхом.

— Я – лишний? Ты так думаешь?

Ся Дэн сжала ремешок сумки еще сильнее. Она не хотела этого говорить, но слова уже сорвались с языка, и забрать их обратно было невозможно. Да и ее состояние сейчас было слишком странным, эмоции вышли из-под контроля.

— Если бы Чжан Эньхуэй не рассказала о семье того парня и ты знал меру, ну подрался – и ладно, бывает. Я готова была разделить с тобой последствия – компенсацию или юридическую ответственность. Хоть я и не одобряю такого поведения, но понимаю, что ты просто не хотел, чтобы меня обижали. – Ее голос слегка дрожал, но она этого не замечала. – Но она тебе сказала, а ты все равно избил его почти до смерти! Его родня изувечила тебя так, что, если бы не местные жители, ты мог бы умереть! Ты думал обо мне? Тебе двадцать лет, а ведешь себя как уличный хулиган! Разве это не лишнее?

— Хулиган. Лишний. Вот я какой? – Ю Фэн повторил ее слова. Его избитое лицо под ярким светом лампы казалось еще бледнее.

— Да!

Ся Дэн уже не понимала, что говорит. Она с самого утра ничего не ела и не пила. Она не чувствовала усталости или обиды, хотела забыть этот день, но его равнодушные слова резали слух.

И вдруг мысль о его равнодушии заставила ее сердце екнуть.

Ю Фэн всегда был таким. Он долго был за границей, они редко общались – и ее это не беспокоило. Почему сейчас это стало невыносимым?

Разве это не ее стиль общения?

Он просто начал говорить как она – и она не смогла это принять…

— Хорошо, больше так не будет, – сказал Ю Фэн.

Сердце сжалось так сильно, что кожа с ремня сумки отслоилась под ее ногтями.

— Тогда я пойду.

— Я вызвал тебе такси.

— Я не устала, могу сама за руль сесть.

— Хорошо.

Они говорили спокойно, не на повышенных тонах, но этот разговор ранил сильнее, чем самый громкий скандал. Казалось, они точно знали, какие слова причиняют наибольшую боль. Какие же они оба умные – умудрились ранить друг друга без единого оскорбления.

Ся Дэн вышла из больницы и села в машину. Руки болели от напряжения. Разжав пальцы, она заметила заусенец на указательном пальце.

Она дернула – выступила кровь, капелька постепенно увеличивалась, но на душе стало чуть легче.

Раньше она никогда не мучила себя из-за таких пустяков. Что с ней не так? Почему его отношение так на нее влияет? О чем вообще был этот спор?

Закрыв глаза, она долго сидела, откинувшись на сиденье, прежде чем уехать.

Домработница вышла встретить ее на улицу, щуря глаза и накинув на плечи плед.

— Ты же не собиралась возвращаться? Голодна? Приготовить что-нибудь?

Ся Дэн не ответила. Поставив сумку и сняв обувь, она подошла к панорамному окну и села в кресло-качалку.

За окном – кромешная тьма.

Его холодная вежливость, будто они чужие, не отпускала. Ощущение удушья, возникшее еще в больнице, все еще сжимало грудь.

Она думала, что он захочет обнять ее, когда очнется.

Ведь он всегда так делал.

Но на этот раз нет.

А она ждала, сильно.

А ведь могла бы обнять его первой…

Разве не этого она хотела? Вернуться к прежним отношениям – спокойным, где они не докучали друг другу?

Разве по сравнению с ежедневной близостью свобода не была ей в сто раз милей?