Вакцина любви - Дейдра Дункан Страница 144

Мне нужно уехать.

В выходные после той нашей ссоры на лестничной клетке я покупаю билет домой на субботний рейс. Четыре часа в полете превращаются в пытку, где я снова и снова переживаю каждый момент, проведенный с ним.

«Ты можешь пообещать мне вечность?»

А что, если бы я могла?

Он бы это сделал? Если бы я сказала ему, что хочу вечность с ним, он бы дал ее мне? Могла бы я ему доверять?

Мэтт тоже обещал вечность…

Но Джулиан совсем не похож на Мэтта!

Сдерживаемые слезы прорываются наружу, превращаясь в безобразные рыдания, когда я оказываюсь в объятиях мамы. Она качает меня в своих объятиях на тротуаре в аэропорту, пока полицейский не кричит, чтобы мы отошли.

В течение сорока пяти минут поездки домой я выкладываю ей все, до последней детали. Она слушает, не перебивая, лишь протягивает мне салфетки и шепчет: «Ох, милая…»

— Вот и все. Я рассталась с ним.

Она кивает и, взглянув в зеркало заднего вида, перестраивается в соседнюю полосу.

— Полагаю, никто из вас не в восторге от этого решения?

Я качаю головой.

— Но так будет правильно.

— Ладно, – говорит она нейтрально. – Если ты уверена…

Я прищуриваюсь полными слез глазами.

— Что ты имеешь в виду?

— Просто… ты уверена, что не используешь это как предлог, чтобы сбежать, прежде чем он успеет причинить тебе боль?

Я отворачиваюсь, уставившись на проезжающую мимо машину.

— Возможно. Я люблю его, но не хочу снова переживать это. Не хочу снова чувствовать такую же боль.

— Но в этом и заключается любовь, милая. – Мама поворачивается ко мне. – Дать кому-то оружие, которое может причинить тебе боль, но быть уверенной в том, что он им не воспользуется.

Я вцепляюсь пальцами в ткань спортивных штанов. Блестящие под серебристым лаком ногти натягивают материю.

— У меня проблемы с доверием.

Мама кивает.

— Ты доверяешь ему?

Я прерывисто выдыхаю:

— Да. Нет? Не знаю. Кажется, да, но мне очень страшно. Я уже ошибалась раньше. Очень сильно.

Наступает тишина, прежде чем мама нарушает ее:

— Ты рассказывала ему о том, что у тебя случилось с Мэттом?

— Конечно, нет. – Голос у меня делается ледяным. – Я больше никогда не хочу это обсуждать.

Ее брови сходятся на переносице.

— Ох, милая. Если ты когда-нибудь захочешь серьезных отношений, тебе придется поделиться тем, что с тобой произошло.

— Да. – Мои пальцы снова судорожно впиваются в ткань. – Возможно.

Дома папа уже добавил в список просмотра все мои любимые фильмы, а на столе стоит тарелка печенья с шоколадной крошкой. Слезы наворачиваются на глаза, когда я падаю в его крепкие объятия.

Он вздыхает.

— Сегодня я сосредоточусь на том, чтобы моей малышке стало лучше. А завтра придумаю, как надрать задницу этому парню.

Я смеюсь и всхлипываю, уткнувшись ему в грудь.

— Он не сделал ничего плохого. Это все моя вина.

— Ну и что. Мне все равно хочется надрать ему задницу.

Позже той ночью, лежа в своей детской кровати, с животом, полным печенья, я борюсь с мучительной бессонницей. Пролистывая телефон, я заставляю себя не смотреть на фотографии Джулиана и вместо этого открываю чат с тем единственным человеком, который, возможно, еще не спит.

Я: Ну что…

Я: Я добралась до Кали[128] без приключений.

Кай: Ура! Как семья?

Я: Замечательно, как всегда.

Я жду его ответа, но ничего не приходит.

Я: Не могу уснуть.