Между преданностью и предательством - Шейн Роуз Страница 144

Впрочем, в моменты колебаний вперед выходят те, кто по-настоящему уверен в себе – смелые, решительные, бесстрашные.

Когда Клара объявила: «Пятьсот тысяч долларов! Раз, два…» – я почувствовал, как каждый мускул моего тела напрягся в ожидании развязки.

— Один миллион. – Я поднял табличку, не сомневаясь ни секунды.

— Что?! – Она резко обернулась ко мне, покачав головой. – Нет, что ты делаешь?

— Я расскажу тебе в саду, когда получу свой танец, – ответил я спокойно. Она явно не понимала, что в тот момент я был готов выложить за нее даже восьмизначную сумму. Меня накрыла волна бесконтрольного желания.

— Ну, это если я не сделаю ставку, – проворчал Уэс, проходя мимо.

— Попробуешь еще раз поставить на мою жену – и я лишу тебя не только членства в HEAT, но и твоей карьеры, – тихо, без лишних эмоций сказал я. На это не понадобилось бы много усилий.

— Да что ты можешь?

— Думаешь, я не знаю твоего тренера, твоих товарищей по команде? Думаешь, они не дорожат своим членством в HEAT? Или что я не могу разрушить твою репутацию, напомнив всем о твоих прошлых выходках? – Я медленно поднялся со стула, давая понять: игры окончены. Эверли для меня не просто сделка. Я схватил его табличку, переломил пополам и бросил на стол, после чего протянул руку жене.

Она смущенно огляделась; румянец залил щеки, а Клара нервно рассмеялась:

— Кажется, продано самому ревнивому мужу вечера!

Зал взорвался аплодисментами и смехом, но мне было все равно. Я повел Эверли к дверям, ведущим на балкон, и распахнул их, впуская ночной воздух. Мой брат создал здесь настоящее произведение архитектурного искусства: каменный балкон с видом на сад, не уступающий по красоте Версалю.

Я не остановился, чтобы полюбоваться пейзажем. Мы спустились по каменным ступеням, прошли через мягкую, чуть влажную траву и свернули в небольшой лабиринт из подстриженных кустов. Именно здесь я собирался заставить ее понять, что она нужна мне. Здесь я должен был сделать так, чтобы она видела только меня.

Подальше от них. От шума. От жизни, которую я сам создал, но которая потеряла смысл без нее.

— Почему ты согласилась на это? – спросил я, когда мы остановились в глубине лабиринта. Лунный свет играл на ее лице, подчеркивая изящные черты.

Ее платье, почти такого же цвета, как и ее глаза, буквально светилось – казалось, будто оно соткано из лунного сияния. Ткань мягко облегала изгибы тела, ткань в нижней части платья мягко развевал ветер, а разрез на юбке был слишком большим для того, кто так безумно одержим этой женщиной.

— Это благотворительный аукцион, Деклан. Мы собираем деньги, чтобы дать детям шанс на спортивное будущее, которое они в обычной жизни никогда бы не получили. – Она скрестила руки на груди. – Тебе не нужно было ставить на меня.

Она действительно думала, что все дело в деньгах?

— Мне нужно было поставить на тебя.

— Почему?

Порыв ветра пронесся мимо, заставив ее поежиться. Я уже начал расстегивать пиджак.

— Потому что ты моя жена. Все в том зале это знают.

— Да, это, конечно, хороший вклад в детский спорт, – она нервно повела плечами, – но мы ведь не собираемся оставаться мужем и женой, так что…

— Ты правда думаешь, что я поставил на тебя ради благотворительности? – я прервал ее, сделав шаг вперед. Ее слова подлили масла в огонь, который и так бушевал внутри.