Минни - Екатерина Соловьёва Страница 148

— И думаю, — промолвилМалфой, — Вивиан помог именно массаж, а не колдовство, потому, что она полукровка. Не находишь?

— Может, мы и поживём у тебя какое-то время… может быть… но… — начала Гермиона, но Люциус тут же прервал её:

— Юна! Чайна!

Домовухи появились одна за другой и заозирались, с подозрением принюхиваясь к аромату трав.

— Унесите домой детей, они здесь, в соседней комнате.

— Нет, подожди!

Гермиона бросилась в спальню, но успела увидеть только, как Ричард обнимает шею Юны и лепечет: «Нана Уна!» А потом домовуха исчезла, а вслед за ней и пропала и Чайна с ревущей Вивиан.

Грейс с расширившимися от ужаса глазами завопила:

— Мисс Грейнджер! Они украли детей! Я не смогла их остановить! Я ещё не накопила денег на палочку!

Гермиона гневно развернулась к Люциусу.

— Им было хорошо здесь! У них было всё, что нужно!

— За исключением отца, — кивнул Малфой.

Гермиона вдруг сощурилась.

— Грейс, выйди, пожалуйста! У меня будет приватный разговор с нашим гостем.

Официантка, бледная как смерть, сглотнула и попятилась к двери. Едва раздался щелчок закрытого замка, Гермиона рявкнула:

— Ты ведь всё это выдумал, так?! Наплёл про несуществующий закон, лишь бы детей выкрасть!

Она рассчитывала, что Люциус хотя бы смутится или съязвит в ответ, но тот только улыбался, будто услышал что-то необычайно забавное.

— Отвечай, пока я не применила магию!

Малфой мягко усмехнулся, мысленно восхищаясь маленькой разгневанной гордячкой: её пунцовыми губами и покрасневшими щёчками.

Он прекрасно понимал, что рисковал вызвать материнский гнев, но Гермиона сама попалась на его уловку, согласившись вернуться, и теперь нельзя было терять ни минуты.

Взгляд снова остановился на её полной груди, и Люциус почувствовал, как желание наполняет жаром всё тело, отдаваясь в паху.

Голос его стал хриплым и низким.

— Ты так и не прислушалась ко мне тогда, Гермиона.

— О чём это ты?

Она заметила, как потемнели его глаза, и отступила к столу.

Люциус медленно подходил, поглаживая гладкий бок чёрной трости. Гермиона сглотнула, не в силах оторвать взгляд от его длинных белых пальцев: от одной мысли, что они вот так же ласкают её, всё внутри сжималось. Движения мужчины завораживали, отвлекая от желания вытряхнуть из него всю правду.

— Ты в тот день делала мнемассаж… малышка, — протянул Люциус. — О, если бы я тогда знал, что ты без белья! Помнишь, я помог тебе застегнуть лифчик? И не давал разрешения ходить без него.

Гермиона удивлённо распахнула глаза. Он вёл себя, как мистер Люциус, хозяин Минни.

«Злой колдун», — вспомнилось его прозвище.

Но от такой знакомой тягучей интонации перехватывало дыхание, и женщина стояла, как загипнотизированная, судорожно ощупывая сзади столешницу и совершенно забыв, что палочка в кармане джинсов.

«Не сделает же он этого здесь, прямо в моём кабинете!»

Люциус облизнул тонкие губы.

— Итак, ты не послушалась меня. Думаю, стоит наказать тебя за это!

Он взял её на руки и отнёс на диван. И только тут словно спали какие-то чары, Гермиона толкнула его и рванулась, чтобы встать. Но не учла, что он намного сильнее. Малфой сдёрнул с волос золотистую ленту и моментально стянул тонкие женские запястья, заведя руки за спину. Гермиона успела только взвизгнуть:

— Пусти меня, негодяй!

А в следующее мгновение уже была переброшена через колено. Уткнувшись лицом в подушки, она яростно крутилась в безуспешной попытке скатиться на пол, но Люциус крепко держал её, сжимая упругие ягодицы. Он запер дверь и наложил заглушающее заклинание.