Развод в 45. (Не) Больно - София Брайт Страница 15

– Что было потом? – пока мне все еще неясно, каким образом она оказалась рядом с Борисом.

– Потом Борис привел ее к нам знакомиться в качестве своей девушки.

– И ты не рассказал ему о ее выкрутасах?

– Конечно рассказал, Лен. Но он ответил, что для Иры все в прошлом и у них настоящие взаимные чувства.На тот момент я все и оставил как есть. Она же тоже никак себя не проявляла.

Рассказ мужа еще сильнее вводит меня в смятение.

– Тогда я совсем не понимаю, каким образом между вами все это случилось. Если… если для тебя была важна наша семья, а она не привлекала тебя, то как вы стали любовниками? – и снова, стоит только представить мужа и невестку в постели, сердце болезненно сжимается.

– Чёрт, Лен, – трет он лоб пальцами. – Любовники – это те, кто вступают в отношения осознанно.

– Что ты хочешь сказать?

– Что ни хрена не помню.

Смотрю на него и думаю, что он явно издевается надо мной.

– Ты меня совсем за дуру считаешь?

– Нисколько, Лен, – не прерывает зрительного контакта и не отводит глаз в сторону.

– Тогда как?

– Помнишь, когда Дианке был годик, я приехал с корпоратива и мы переругались?

Я отчетливо помню тот день и ту ссору. И как я плакала в подушку, когда усыпила детей, и хотела, чтобы он просто вернулся домой и обнял меня покрепче. Но он ночевал у брата.

– Да, ты тогда поехал к Борису.

Осознание того, что все произошло именно в ту ночь, прошибает меня ледяным холодом, от которого сводит органы.

– Ты… вы что? – смотрю на него в ужасе. – Вы у него под носом заделали Даньку?

Глава 9

Я не сразу слышу щелчок замка.

Вижу только, как Витя переводит взгляд в сторону, а затем хлопает дверь.

– Мам, пап! – кричит Диана, и я вздрагиваю, с ужасом подумав, что она могла слышать наш разговор.

Это недопустимо. Конечно, информация о том, что Данил вовсе не двоюродный брат моим детям, рано или поздно станет известна всем.

Но пока я сама еще не выяснила все нюансы и не свыклась с мыслью о том, что мало того что муж не хранил мне верность, так еще и плодом его предательства стал ребенок.

– Дочь? – удивленно смотрю на нее, пока она проходит на кухню и сначала обнимает и целует меня, а затем отца. – А ты чего так рано?

– Арина с родителями уезжает на выходные на какой-то юбилей дяди, – отвечает она спокойно.

– А ты что? Дома планируешь находиться?

– Ну да, – как-то странно смотрит на меня дочь. – А где мне еще быть?

– Прости, дочь, – понимаю, насколько подозрительно звучат мои вопросы. – Просто думала, ты на все выходные ушла.

– А что, так можно было? – удивляется она.

– Не слушай маму, – вмешивается Витя. – Мы лучше все вместе куда-нибудь сходим, да? – он смотрит на меня, по привычке отыскивая поддержку в моем лице, но я не в состоянии играть.

– Не думаю, – отвечаю твердо. – Я плохо спала.

– Пап, а давай поедем с тобой на ту выставку, про которую я вам говорила, а? – Диана смотрит на отца с восторгом. – Это последние выходные, когда можно посмотреть картины этого художника.

– Что там за художник такой? – чешет подбородок супруг.

– Модный и очень знаменитый. Все рилсы забиты видео с этой выставки, а я одна еще там не была.

Дочь тараторит, а у меня в голове крутится все то, о чем мне рассказал муж. Давнее знакомство с Ириной, ее влюбленность и то, когда между ними все это случилось, – все это перемешалось в голове вихрем в какую-то кашу. Мне нужно закончить этот тяжелый разговор, но я не стану это делать при ребенке.