Доктор Артур. Эхо ее сердца - Иман Кальби,Стелла Юсупова Страница 15

В тот вечер я долго сидел на балконе. Дурацкая привычка. Кофе после десяти вечера. Всегда перед сменой, чтобы взбодриться. На самом деле, простопредлог. Кофеин уже давно на меня не действует бодряще.

Напиток остыл, так и оставшись нетронутым. Ночь будто дышала мне в ухо, и в голове крутилась только одна мысль: ты хочешь ее. Вот так просто и примитивно…

И, черт подери, в этом была вся правда.

В какой-то момент не выдержал. Встал. Побежал почти.

Дверь в ее комнату была приоткрыта. Она сидела у окна, в светлой ночной сорочке, в которой казалась еще более хрупкой. Волосы распущены. Лицо – в свете луны. Прекрасная. Как ангел. Только вот ярко-розовые соски проглядывают и я хочу трогать их, прикасаться к ним совсем не по-детски…

Я сделал шаг внутрь.

– Ника…

Она вздрогнула, но глаза ее были не испуганными. Не детскими. А… женскими.

– Не спите…

Качнул головой.

– Не могу спать. Думаю о тебе…

Она не ответила. Только слегка склонила голову.

– Я тоже… Все время думаю…– прошептала. И во мне словно прорвалась плотина.

Я подошел медленно. Сел рядом. Коснулся плеча. Ее дыхание участилось.

– Скажи мне, если я должен уйти, – хрипло прошептал.

Она молча коснулась рукой моего лица. Провела кончиками пальцев по моей щеке. А потом просто накрыла мою ладонь своей. И в эту секунду я понял – всё. Нет возврата.

Я притянул ее к себе. Осторожно, как сокровище. Как сломанную скрипку, которую страшно потревожить, но очень хочется услышать. Наши губы встретились – и на этот раз это был взрыв. Не страсть, нет – не похоть, не спешка. Это был зов. Это был шепот души, который, наконец, услышали. Ее губы – мягкие, чуть соленые от слез. Мои руки скользнули под ткань ночной рубашки, касаясь горячей кожи, будто впервые узнавая, что такое настоящая близость. Я слышал, как бьется ее сердце. Быстро, но ровно. Моя ладонь легла на ее грудь- я трогал идеальные миниатюрные полушария, а казалось, что слышу жизнь.

– Бьется… – выдохнул я.

– Для тебя, – впервые позволила себе ко мне на «ты». И от этого снова закоротило не по-детски…

– Для нас, – поправил я.

И тогда мы соединились.

Это было медленно. Это было трепетно. Я касался ее, как святыню.

Аккуратно, впервые дрожащими руками расстегнул ее сорочку- пуговица за пуговицей. Выдохнул со свистом, когда увидел острые пики розовых сосков. Как ее губы. Зовущие, юные, невинно-порочные… Накрыл их своим ртом, жадно втянул. Ее вкусный стон послалпо телу вибрации.

Жадно облизал ее кожу. В висках пульсировало желание.

То, что я сдерживал себя, подавлял, пытался немного притормозить, придавало еще большую остроту ощущениям.

Когда почувствовал ее нежные пальчики на своей коже- застонал.

Ника робко стянула мой свитер, потянулась к пряжке ремня.

Мы легли на холодную простынь совершенно голые. Лунные свет играл с ее разметавшимися локонами. Она выглядела сейчас, как падший ангел. От того такой манкий и зовущий…

Я развел стройные ножки, осторожно посмотрел туда. Стеснялась, сжималась пока… Научу ее любить секс, любить близость, любить удовольствие.

Удивительное чувство- впервые за долгое время не хочется грязи и похоти в чистом виде.

Возбуждение с ней особенное. Оно как изысканный легкий десерт.

И я утопаю в нем.

А когда чувствую пленительную девичью узость и клубничное рваное дыхание в висок- почти умираю от удовольствия.