Между преданностью и предательством - Шейн Роуз Страница 156

— Ты. Моя. Жена. Эверли. Ты понимаешь это?

— Да. Да. Да, – она шептала снова и снова, и я знал, что она кончает. Я чувствовал, как она пульсирует внутри, сжимается. Я снова ввел в нее палец и загнул его, коснувшись точки G.

— Хорошая девочка, – я растянул эту фразу, позволяя ей управлять моей рукой. Потом я снова вошел в нее. – Ты чувствуешь меня здесь, детка?

— Деклан…

Я провел большим пальцем по ее клитору, и она ахнула, когда я сказал:

— Ты вся дрожишь из-за меня прямо сейчас, Капелька. Твой клитор хочет, чтобы я его ласкал, да?

Она не ответила, даже когда я ввел головку своего члена в нее, и она попыталась откинуться назад, чтобы принять его полностью.

— Ты не получишь мой член, пока не скажешь это, детка. Скажи мне, что хочешь, чтобы я ласкал твой сладкий клитор. Скажи мне, что хочешь этого, что ты все еще моя.

Она покачала головой и прикусила губу, но ее бедра двинулись навстречу мне.

— Я больше не твоя.

Ее слова свели меня с ума. Я хотел трахнуть ее так жестко, чтобы она запомнила, кому принадлежит, кому принадлежу и я.

— Ты моя жена. Я твой муж. Ты моя. Я твой, Капелька. Это не изменилось.

Я вошел в нее сильно и быстро, желая, чтобы она почувствовала нашу связь, желая, чтобы она любила меня, как я люблю ее, желая, чтобы она поняла, что мой член принадлежит только ей. Сжавшись внутри, она застонала:

— Я ненавижу то, как сильно скучаю по этому, ненавижу, что ты прав, хотя должен быть неправ.

— Вот так. – Я откинулся назад и снова вошел в нее безжалостно, яростно, без сожалений, даже стол задрожал под нами. Я хочу, чтобы она почувствовала все. – Это тело принадлежит мне.

Она кивнула и застонала, будто больше не могла отрицать это.

— Я твоя.

Моя хватка на ее теле усилилась, и я знал, что потом на нежной коже выступят синяки. Я слишком сильно боялся, что это закончится, и я снова потеряю ее, поэтому не смог сдержаться.

— Хорошая девочка. Ты моя. Ты всегда будешь моей.

37. Эверли

ОН БЫЛ ПРАВ. Он всегда останется частью меня. Я всегда буду в каком-то смысле принадлежать ему. Но…

— Но она родит от тебя ребенка, да?

— Капелька… – Голос его дрогнул, и мое сердце сжалось от боли, даже когда тело продолжало отзываться на его прикосновения. Боль и удовольствие сплелись в тугой узел, разрывая душу. Он предал меня, несмотря на то что связь между нами была все еще сильна. – Неважно, что происходит с ней. Ты это понимаешь?

Я не ответила. Он прекрасно знал, что для меня это имеет значение, но я была слишком далеко, слишком близка к оргазму, чтобы произнести хоть слово. Его ладонь резко опустилась на мою кожу, и я закричала, разрываемая волной наслаждения.

— Ты должна понять. Пока развод не завершен, не смей думать, что сможешь забыть меня. Я уничтожу любого, кто рискнет приблизиться к тебе. Я не шучу, Эверли. Ты. Моя. Жена.

Его слова заставили мое тело сжаться еще сильнее вокруг него, даже когда разум кричал: «Нет!» Толчки стали хаотичными, дыхание сбилось, и он застонал, кончив внутрь. Я прижалась к нему, впитывая каждую секунду близости, понимая, что это мог быть наш последний раз.

Только спустя мгновение я услышала голос Анастасии в коридоре. Брови Деклана нахмурились, кадык дернулся, а я поспешно натянула штаны.

— Подпиши документы о разводе, Деклан, – голос мой сорвался, а в глазах защипало.