Сидеть, лежать, поцеловать - Изабель Зоммер Страница 16

В душе я громко пела, перекрикивая true-crime подкаст, который шел на полной громкости. Отправляя в духовку лазанью из заморозки, я болтала по телефону с Леей, одновременно отрабатывая шаги из сальсы, которые недавно выучила на пробном уроке. Вечером наступила тишина, с тишиной пришли мысли, а с мыслями – одиночество.

Я листала «Инстаграм»[1], и на фоне многочисленных лиц, улыбающихся с фотографий, чувствовала себя еще более одинокой. А потом я увидела это… Новую фотографию Тома, и сердце мое сжалось.

С ним я чувствовала себя в такой безопасности! Наверное, именно поэтому мне сейчас было особенно больно. Ведь я твердо верила, что мы будем всегда вместе, хотя Том с самого начала заверял меня, что наш роман рано или поздно закончится, по какой-нибудь причине, и скорее раньше, чем позже. Я чувствовала себя так уверенно с ним, хотя он убеждал меня, что не может дать мне такой уверенности.

Я не хотела этого. Мне все это было не нужно. Не нужен мне ни парень, ни мужчина, и уж тем более никакой Том. Почему же я все равно ощущала, что мне чего-то не хватало? Раздраженно пролистав пару чужих фотографий, я скачала приложение для знакомств. Снова. Я устанавливала его уже много раз и потом, когда оно начинало действовать мне на нервы, опять удаляла. Просмотрев пару профилей, я снова потеряла интерес. Зачем все это? Зачем мне вообще соглашаться на какое-то свидание? На все остальное, что последует за ним, я в любом случае не согласна.

Если бы в эту минуту меня увидела Лея, она наверняка бы ликовала, ведь ее мнение о том, что я втайне мечтала о второй половинке, подтверждалось. Но сколько бы она об этом ни говорила, все это было неправдой. И неважно, что я вновь и вновь скачивала приложения для знакомств, писала каким-то неинтересным мужчинам и даже ходила на свидания, которые с самого начала были обречены на провал. Я не мечтала о парне рядом с собой, все это было от скуки и от одиночества, хотя в я крайне неохотно себе в этом признавалась.

Тяжело вздохнув, я безразлично отшвырнула телефон. Он упал на диванную подушку, соскользнул на пол и разбудил Балу. Подняв голову, пес посмотрел на меня непонимающим взглядом.

— Извини, блондинчик-любимчик, – прошептала я.

На этот раз пес заметил что-то в моем тоне, подошел и залез ко мне на диван. Когда он смотрел на меня своими понимающими глазами, складки на его лбу становились глубже. Я начала говорить, а Балу слушал. Я рассказала ему о вечере в баре, том вечере, когда кудрявый парень в рубашке, как у лесоруба, обучал меня искусству дартса, а потом представился Томом и нацарапал свой номер телефона для меня на подставке под пиво. Рассказала о проведенных на диване романтических вечерах с банановым пивом и ситкомами из 90-х и о том теплом чувстве в животе, которое возникало под воздействием обаяния Тома. Как Том всегда обнимал меня обеими руками, так что я тонула в его объятиях, как он кормил меня картошкой фри в нашей любимой забегаловке. О низком смехе Тома, когда я пыталась испечь пирог, повергнув кухню в хаос.

Я рассказала даже о первых осторожных мыслях о совместном будущем, которые я допускала только потому, что была на седьмом небе от счастья и не желала видеть реальность. И после всего этого, когда я больше не могла слышать собственных жалоб на бывшего, я снова отправилась в приложение для знакомств на поиски задаваки Робина и других противных типов.