Бабушка, я замужем (но это не точно) - Аля Авилина Страница 16

— Пошли, — согласилась я.

Мы оделись и вышли. Он держал меня за руку, и это казалось таким естественным, что я поймала себя на мысли: а как мы раньше жили без этого?

ЗАГС находился в старом особняке в центре. Белые колонны, высокая лестница, очереди из счастливых пар. Мы поднялись на второй этаж, выстояли положенное и дрожащим руками (по крайней мере у меня руки точно дрожали!) написали заявление.

— Наше число — пятнадцатое августа, — сказал Руслан, вглядываясь в листок. — Через два месяца.

— Ага.

— Ань, — он повернулся ко мне. — А если мы не заберём заявление?

Я замерла.

— В смысле?

— В смысле... — Он вздохнул. — Я понимаю, что это звучит безумно. Но мы уже столько лет вместе. По-настоящему. Просто не знали об этом. А теперь... Тебе не кажется, что это шанс?

— Руслан, ты чего? — Я отступила на шаг. — Мы же договаривались. Две недели, и разбегаемся. Дружба нерушима. Помнишь?

— Помню. — Он шагнул ко мне. — Но после вчерашнего... Ты правда думаешь, что мы сможем сделать вид, что ничего не было?

— А что было? — выдохнула я. — Поцелуй? Один раз? Это не повод рушить двадцать лет дружбы!

— А если я не хочу дружбу? — Он сказал это тихо. — Если я хочу тебя? По-настоящему? Каждый день? Навсегда?

Я смотрела на него и не узнавала. Где тот Руслан, с которым я спорила о «Звёздных войнах» и ела пельмени из одной тарелки? Где тот парень, который согласился на эту авантюру, потому что «без меня скучно»?

— Ты не это говоришь, — прошептала я. — Ты просто... Это всё бабушка, обстановка, кольцо это... Ты не всерьёз.

— Аня, я никогда не был так серьёзён.

— Нет! — Я вырвала руку, почему-то мне стало страшно. — Не надо. Мы не будем это обсуждать. У нас договор. Через две недели бабушка уезжает, и мы забываем. Всё. Точка.

— А если я не смогу забыть?

— Сможешь. Ты сильный.

Я развернулась и почти побежала вниз по лестнице. Сердце колотилось где-то в горле, в глазах щипало. Я не плачу. Я не буду платить. Это глупо. Это просто гормоны.

— Аня, стой! — Он догнал меня уже на улице, схватил за локоть. — Прости. Я не должен был... Просто вырвалось.

— Вырвалось? — Я обернулась. — Руслан, у нас двадцать лет дружбы! Двадцать! И ты хочешь всё разрушить из-за какой-то дурацкой недели?

— Я не разрушить хочу. Я хочу построить. Новое.

— А я не хочу! — выкрикнула я. — Мне и так хорошо! Мне не нужны эти... эти сложности. Я не хочу тебя потерять.

— А если не потеряешь? Если всё получится?

— А если нет? — Я смотрела ему в глаза и видела там боль. Свою боль. Потому что я врала. Я хотела. Хотела попробовать. Но страх был сильнее. Никогда в этой жизни у меня не получалось построить отношения. Я слишком быстро разочаровывалась в парнях, слишком быстро вычеркивала их из своей жизни… и… а вдруг сейчас будет так же? Потерять Руслана? Ни за что! — Если мы попробуем и не получится, я потеряю всё. Ты понимаешь? Всё! Ты — единственный человек, который всегда был рядом. Я не могу тобой рисковать!

— Ань...

— Нет. — Я покачала головой. — Давай просто доиграем эту историю. А потом будет как всегда. Как договаривались. Пожалуйста.

Он долго смотрел на меня. Потом кивнул.

— Как скажешь.

Мы пошли обратно молча. Он не взял меня за руку. Я не искала его ладонь. Между нами снова выросла стена, которую мы сами же и построили. И я не знала, как её разрушить.