Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1 - Ната Лакомка Страница 165

Гордость я задавила быстро – сказала себе, что надо узнать, не заболел ли мой адвокат. А вдруг у него проблемы с местной мафией?

Я направилась прямиком в адвокатскую контору, но когда толкнулась в кабинет, оказалось, что дверь заперта.

И что теперь? Где живёт Марино, я не знала.

Спросить у его невесты? Не самая лучшая идея…

Пока я стояла в коридоре, раздумывая, у кого бы разузнать, куда пропал адвокат, по лестнице вальяжно и с ленцой, начал пониматься Пеппино. Я обрадовалась секретарю, как родному, и плевать, что он презрительно сморщил нос, едва меня увидел.

– Где синьор Марини? – спросила я, волнуясь.

– Не ваше дело, синьора, – ответил юнец, задирая нос в потолок.

– Как раз моё, – одёрнула я его. – Он мой адвокат, и мне срочно надо составить парочку контрактов на поставку варенья.

Молокосос тут же съехал с высокомерного тона и признался, что вот уже неделю, как его начальник отбыл по делам в Милан, и когда вернётся – не известно.

– Какие у него могут быть дела в Милане? – удивилась я.

– У него свадьба скоро! – возмутился Пеппино. – Поехал покупать подарки для невесты. И вообще, какая вам разница, синьора, какие у него дела? Лучше бы держались подальше от синьора Марини. И так болтают…

– А ты повторяешь, как попугай Папы Римского! – огрызнулась я и пошла вон.

Настроение резко испортилось, и я подумала, что зря придумывала предлоги, чтобы заглянуть сюда. Можно было догадаться, что никто тут меня не ждёт.

– Кстати, если нужно, я составлю ваши контракты! – ухмыляясь крикнул Пеппино мне вслед. – Я умею, честное слово!

Я с трудом сдержалась, чтобы не послать его с его умениями куда подальше, по-русски.

Через площадь я шла, окончательно загрустив.

Всё так, как должно быть. Подарки, гости, приглашения ещё, наверное,напишут… Приходите на бракосочетание Марино и Козимы… Хотя, тут, наверное, приглашения не пишут. Тут, наверное, в церкви оглашают.

Да какая разница?.. Хоть огласят, хоть напишут. Тебя, Полиночка, точно не позовут.

Да я и не пойду.

Совсем рядом раздалась песня про великолепную морковь. Даже с новым куплетцем. Про то, что морковка лучше всего приживается не в городе, а в сельской местности, на морковкиных выселках. Там и земля жирнее, и солнце ярче светит, и дождик ласковее поливает, и жизнь там сладкая, как варенье.

Услышав про варенье, я отвлеклась от своих переживаний и резко оглянулась.

Певец – парень в черной хламиде с белым воротничком, вроде секретаря Пеппино – смотрел прямо на меня, как и стоявшие вокруг него такие же дружки, державшие под мышками книги и свитки. Заметив мой взгляд, парни расхохотались и затянули песню уже хором, двое или трое принялись посылать мне воздушные поцелуи.

Очень хотелось подкрутить им пальцем у виска, но вряд ли здесь был в ходу такой жест, поэтому я просто пошла дальше.

Хотела посмеяться над синьориной Козой, а получается, что посмеялась сама над собой.

Провал по всем статьям.

Я вернулась в остерию «Чучолино», и маэстро Зино бросил клиентов, увидев меня.

– Хочу пообедать, – сказала я с таким тяжёлым вздохом, что повар посмотрел на меня с беспокойством, – а потом схожу к горшечнику. У меня катастрофическая нехватка горшков…

– Тут с вами поговорить хотят, – сказал маэстро и очень деликатно указал взглядом на кого-то, стоявшего позади меня. – А обед я подам вам в отдельный кабинет, если угодно.