Зеркало королевы Мирабель - Дарья Иорданская Страница 165

— Вы начеку. Случилось чего? — спросил Фламэ, опускаясь на стул.

— Стражники ведьмы, — атаман сплюнул. — Черные доспехи, прости Господь. Ищут кого-то.

Фламэ обменялся взглядом с ГэльСиньяком. Имперец выглядел встревоженным. Путь до Столицы усложнялся. Что будете делать теперь, мэтр? Отправитесь тихонько по своим делам?

— Много их? — спросил имперец.

— Хватает, — атаман поморщился. — И во главе этот смазливый щенок Альберих. Не так силен, как бесов Палач, но на наш век пакости хватит.

— Чудесно! — Бенжамин саданул кулаком по столу. — Теперь, чтобы добраться до Каэлэда…

— Нам понадобится армия, — вздохнул ГэльСиньяк.

— Зачем вам в столицу? — спросил с подозрением Генрих.

Фламэ спрятал лицо в ладонях. Он всегда знал — однажды этот щенок все испортит. Бенжамин заозирался в поисках поддержки и впервые за все время посмотрел Фламэ, выпрямившемуся, в глаза. Вот всегда так: юнцы, пышущиененавистью, становятся шелковыми, когда попадают в передрягу.

— Мы… — Фламэ облизнул губы. — Мы едем в столицу, чтобы убить Мирабель.

Послышался грохот упавшего стула, а затем — тишина, не нарушаемая даже биением сердец. Генрих неуклюже поднялся на ноги и тихо сказал:

— Поговаривают, эта ведьма бессмертна.

— Это верно, — кивнул Фламэ. — По крайней мере, это очень близко к истине. Мирабель могущественна, она знает секрет вечной юности. Но она уже совершила ошибку: похитила душу сестры милорда Бенжамина

Генрих покосился на сидящую у огня Беатрису. Девушка была безучастна, словно искусно сделанная статуя.

— Ради спасения миледи, — весьма фальшиво сказал Фламэ, — мы пойдем на все.

Генрих оглядел внимательно своих гостей и ударил по столу, так что подпрыгнули кружки.

— Я вот что скажу: у меня две дюжины молодцов. Этого мало, чтобы взять штурмом столицу, но отбиться от проклятых ублюдков в черных доспехах мы уж как-нибудь сумеем.

Фламэ посмотрел в пол. К счастью, ему не пришлось ничего говорить: положение спас ГэльСиньяк. Подняв кружку, в которой плескалось вино, он отсалютовал всем присутствующим.

— Что ж, мы благодарим за помощь, господин Генрих. А армию мы как-нибудь соберем по дороге.

* * *

Спала Джинджер беспокойно. Ее мучили кошмары, и она могла только молить Мать, что не вещие. Ей снились пожары, кровь и мертвецы. И над всем этим — красавчик Альберих в черных, как ночь, доспехах и с серьгой в ухе. Все бы ничего, да ухо, отрубленное Адмаром в той схватке, новый любимец Мирабель держал в зубах.

Поднявшись с постели, устроенной в глубоком алькове, Джинджер вышла во двор и растерла лицо снегом.

Разбойники собирались в дорогу. Они седлали лошадей, цепляли к седлам кистени и палицы, проверяли механизм арбалетов и тетивы коротких луков. В толпе девушка разглядела и Фламэ: он выбирал легкий арбалет себе по руке.

— Глядите-ка, усмахтский самострел! Пробивает цель насквозь с двухсот шагов.

— Чудесно… — пробормотала Джинджер. Всякое оружие было ей неприятно.

— Возьмете мою гитару? — Фламэ склонил голову к плечу.

Джинджер посмотрела на завернутый в плащ инструмент.

— Генрих дает нам еще пару лошадей. Если придется удирать, дело пойдет быстрее.

— Как скажете, — кивнула Джинджер.

Адмар подошел почти вплотную. Уведьмы аж дыхание перехватило.

— Вы владеете оружием, Элиза?

— Нет, — качнула та головой.