Сахарок, или Все наоборот - Марина Бастрикова Страница 17

— Нельзя же только плохого желать, – пояснил Миша.

— Ага, только Девам можно, – сказала я, спалившись, что подслушиваю.

— Не буди лихо, пока оно тихо, – среагировал один из «деток», видимо, предупреждая меня о последствиях.

Миша повернулся в мою сторону и вычурно приспустил очки вниз, решив, видимо, осмотреть меня в более размытом виде. Вообще, этот его жест можно было бы назвать плохой актерской игрой. Если бы он играл, конечно, а не был таким сам по себе. Хотя кто его знает, очки он надевал, только когда сидел за компьютером, может, как раз ради такого момента.

Миша, как и всегда, проигнорировал замечание о Девах.

Всем давно было интересно, чем так нашего Мишу обидела Дева. Он нередко писал «гороскопы на неудачу» для тех, кто ему не нравился или обидел, но только Девам доставалось с завидной регулярностью. И даже мне было интересно, кто та самая Дева. Девушки у него нет, а мама иного знака зодиака, «детки» это уже выяснили. Может, конечно, обидела какая-то сильно, но его ж фиг обидишь, я не раз пыталась – бесполезно. Да и ни одна девушка, поведясь на внешность, не выдерживает с ним более одного свидания, а он еще ни разу даже не обиделся, да и вообще не видит в себе проблемы.

— Овны. Конечно, у вас по любому поводу есть собственное мнение, но сегодня стоит прислушаться к мнению своих товарищей и не слишком выпячивать свое эго.

Ах ты ж, гад, услышал и ответку выдал!

— А как же обещанное хорошее, – вмешалась новая кладовщица, которая, оказывается, тоже заинтересовалась гороскопом.

И, гадство, все на нее посмотрели недоуменно! Мол, чего хорошего можно пожелать Стервелле? Миша же продолжил строчить. Тот, кто взял на себя роль чтеца, снова повернулся и зачитал:

— В выходные дни занимайтесь только простыми делами по дому, а лучше просто отдыхайте, игнорируя сомнительные предложения.

Значит, пожелать мне хорошего – это сомнительное предложение, да? И хозяйничай, Эллочка, как Золушка, да?

Я поправила прядь волос, чтобы внимательнее посмотреть на наглую рожу своего лучшего продавца, который что-то слишком часто стал пользоваться тем, что у него самые высокие продажи в команде.

— Ладно, потом доделаю, – сказал и поднялся Миша.

Поспешил и забыл, что не стоит стул вертеть. Раздавшийся по подсобке визг отлично передал тот звук, который хотела издать я сама. Гадство! Даже Миша почуял, что надо линять, я на грани нервного срыва. Отлично, все выходные я бухала с бомжом, незнакомым мужиком и собакой, не заплатила за ДТП и напугала даже самого стойкого из своих сотрудников. Так держать, Элла.

Все наконец-то убежали работать в зал. В подсобке осталась только новенькая кладовщица, чье имя я постеснялась при ней же искать в программе, а с утра посмотреть не догадалась, так как отходила от произошедшего утром, когда вместо того, чтобы соблазнить противника, противник чуть не соблазнил меня, используя только хлоргексидин и пластыри.

— Можно просто Галя, – представилась женщина, как и положено в нашей компании – просто и на «ты». Видимо, она заметила или поняла мои затруднения.

— Эллочка-детоедочка, – представилась я.

Та в ответ засмеялась.

— Вы такая красивенькая и милая, что я готова использовать только первую часть имени. Эллочка, вот здесь в документе…

Я ее убью! Красивенькая? Милая? Эллочка? Разве так называют уважаемое начальство?