Развод. Господин мэр, освободите кресло - Виолетта Весна Страница 17

— За вас подписались шесть человек из нашего дома, — сказала Светлана. — Двое голосовать пока не обещали.

— Подпись и не обязывает.

— Я им так и сказала. А теперь ответьте: если выиграете, приемную перенесете или будете еще год переписываться?

Я знала стоимость переезда только приблизительно и могла легко пообещать то, что выглядело справедливым.

— За первый месяц проверю договор, доступные помещения и цену досрочного расторжения. Решение опубликую со сроком. Если быстрее исполнить требование в нынешнем здании, заставим собственника исполнить. Назвать сейчас вариант было бы выдумкой.

— Кирилл Андреевич тоже любит сначала проверять.

— В этом он прав.

Светлана улыбнулась.

— Значит, развод у вас все-таки не по программе.

— По программе у нас доступ в муниципальные здания.

Она подписала лист последней и попросила не печатать ее фотографию. Сборщик отметил запрет в журнале точки. Именно в эту минуту я поняла, зачем ежедневно останавливала людей, готовых помочь слишком быстро. Кампания, которая обещала уважать согласие, должна была начинать с маленьких неудобных отказов.

— Теперь можно сказать, что вы кандидат? — спросила Ирина Сафонова.

— Я выдвинулась. Кандидатом стану после регистрации.

— Когда вас выберут, люди возненавидят эту точность.

— До этого им придется выбрать.

Телефон завибрировал. Дарья написала, что прилетает завтра утром и забронировала гостиницу у вокзала.

«Хочу поговорить с вами обоими. Вместе. И не пытайтесь встретить меня по очереди».

Я показала сообщение Нине.

— Умная девочка, — сказала она.

— Взрослая женщина.

— Тем более не опаздывай.

Я посмотрела на три тысячи подписей, собранных людьми, которых нельзя было вызвать одной старой рассылкой. У кампании появился собственный след. У нашей семьи на следующий день должна была появиться граница, установленная уже не мной.

ГЛАВА 5. Семейный архив

Дарья прилетела в Реченск и отказалась сообщить, кто встретит ее в аэропорту.

— Я заказала машину, — сказала она по телефону. — И поселилась у вокзала. В кафе на первом этаже буду в два. Приходите оба.

— Ты могла остановиться у меня.

— Могла. Тогда папа решил бы, что я выбрала тебя. Если поеду в дом, ты решишь обратное. Гостинице все равно.

В двадцать лет она уже умела называть цену чужих ожиданий лучше, чем мы в сорок.

Я приехала без пяти два. Кирилл вошел через другую дверь почти одновременно. На нем не было пиджака, в руках он держал тонкую папку. Мы поздоровались как люди, которых пригласили на рабочую встречу.

Дарья сидела у окна. Она коротко подстригла волосы для учебной съемки и стала похожа на Кирилла в том возрасте, когда мы познакомились. Сходство раздражало только потому, что я сразу его заметила.

— Садитесь, — сказала она. — И заказывайте сейчас. Я не буду слушать, как вы по очереди утверждаете, что не голодны.

Кирилл выбрал суп, я чай и салат. Дарья дождалась официанта, положила на стол два одинаковых конверта и подвинула нам.

— Это требования прекратить использование моего изображения, голоса и сведений об учебе в любой агитации. Бумажную копию я отправила в оба штаба, электронную — на официальные адреса. Университетская юридическая клиника помогла с формулировками.

Кирилл открыл конверт.

— Мой штаб уже снимает твои кадры.

— Тогда ему будет легко подтвердить исполнение.