Стражи Особого Назначения 3 - Катерина Дэй Страница 175

Все, что осталось — это память. О ее улыбке, о смехе,о голосе, о прикосновениях. О том, как она смотрела на него — иногда с нежностью, иногда с раздражением, но всегда с тем неуловимым светом, который делал ее живой.

И в этой пустоте, в этом безмолвном отчаянии он понял: ему придется учиться жить в мире, где ее больше нет. Но как? Как дышать, когда воздух потерял вкус? Как смотреть вперед, когда впереди лишь тьма?

Он закрыл глаза, пытаясь удержать образ ее лица. И в этом последнем, отчаянном усилии памяти он прошептал:

— Ты была моим светом…

А где-то вдали, за пределами этого кошмара, солнце продолжало светить — равнодушное, неумолимое. Оно не ведало о боли, разрывающей сердца тех, кто остался. О страхе, сковавшем их души. О беспомощности, которая, как ядовитый туман, окутывала каждого.

— Я могу вернуть ее СВЕТ, — раздался слабый девичий голос откуда-то из тени.

Глава 36

Все разом обернулись на звук голоса.

Но вокруг — ни души. Только дрожащие отблески светильников на каменных стенах, только тени, сплетающиеся в причудливые, почти живые силуэты.

— Я могу вернуть ее СВЕТ, — повторил женский голос. — Время истекает.

— Кто ты? — резкий голос Рейза прорвал тишину. Он шагнул вперед, заслоняя собой Иви и безжизненное тело Лики. Его поза была напряженной, готовой к защите или нападению, он не знал, чего ждать и от кого. Он был готов к любому повороту. В глазах читалась неприкрытая настороженность: кто с ними говорил? Что ей нужно? Кто эта незнакомка? Чего ждать от этого призрачного голоса, звучащего словно из ниоткуда?

— Я та, что способна вернуть девушку, — ответ пришел тихо, почти шепотом, но с такой внутренней силой, что все невольно замерли.

Иви, все еще сжимая холодную руку Лики, оглядывалась. Пальцы дрожали, но она не отпускала ее словно это прикосновение было последней нитью, связывающей подругу с миром живых.

«Она… она правда может ее вернуть?» — мысль вспыхнула в сознании, как искра в кромешной тьме. В душе, уже погруженной в бездну отчаяния, робко шевельнулась искра: «А вдруг?..»

— Выйди из тени, — голос демарийца прозвучал как удар хлыста.

— Я не могу. Я заперта. Идите на мой голос.

Трое двинулись вперед — Рейз, Айс и охотник. Их шаги тонули в гулкой тишине, будто зал боялся нарушить хрупкое равновесие. Голос манил, становясь все ближе ведя их к дальней стене, где в углублении между массивными каменными плитами притаилась небольшая кованая клетка. Ее прутья, покрытые замысловатой вязью рун, тускло мерцали в отблесках скудного света.

— Там, — шепнул Айс, первым заметивший силуэт внутри.

В полумраке клетки сидела фигура, закутанная в темный плащ. Лишь тонкие руки, скованные наручами из белого металла, были видны сквозь прорехи ткани. Металл отливал холодным блеском — не просто украшением, а явным знаком, что эти браслеты созданы для одной цели.

В глазах демарийца вспыхнуло узнавание — холодное, резкое, как лезвие.

— Наручи Первого Круга… — прошептал он. — Блокируют любую магию.

Айс молча присел у замка, проведя пальцами по замысловатым узорам. Металл отозвался глухим звоном, будто протестуя против прикосновения.

— Обычным ключом не открыть, — констатировалон.

Демариец присел у массивного засова, пальцы его скользнули по холодным, чуть шершавым символам, выбитым на металлической поверхности замка. Движения были точными, почти ритуальными словно он воспроизводил давно забытый обряд.