Танец с огнем - Весела Костадинова Страница 177

— Я не ошибусь, — холодно возразила женщина.

— Дана…. — он заставил себя замолчать. — Береги себя.

— И ты, — выдохнула она с облегчением, вытирая волосы полотенцем.

Марат устало толкнул тяжелую входную дверь московской квартиры Вики. В прихожей горел только приглушенный свет бра, отбрасывая длинные тени на мраморный пол.

На пороге, скрестив руки на груди, его уже ждала Вика. В коротком шелковом халатике, с растрепанными волосами и горящими от злости глазами. Она выглядела одновременно красивой и опасной, как всегда, когда была в ярости.

— Ты с ней виделся! С этой журналисткой! — выпалила она, едва он переступил порог.

Марат снял пиджак и бросил его на кресло в прихожей.

— С кем? — устало спросил он, проходя глубже в квартиру. — Вика… Что опять случилось?

— Вас видели вместе! Гуляющими по набережной! — зло прошипела девушка и резко сунула ему под нос свой телефон. На экране было четкое фото: Марат держит Алену за руку, они стоят у перил, а за их спинами — вечерние огни отражающиеся в реке.

— Ты ее разве что не целовал!

Лодыгин выругался про себя. Раздражение, которое он последние недели едва сдерживал, снова начало закипать. С каждым днем ему все сложнее удавалось терпеть эту капризную, избалованную девочку. Иногда ему хотелось просто плюнуть на всю эту затею с помолвкой.

Он взял телефон и посмотрел на снимок. Качество было так себе — явно снимали с приличного расстояния.

— Да, — спокойно ответил он, возвращая телефон. — Я много с кем встречаюсь, Вик. И Хмельницкая — одна из них.

— И сколько у тебя вообще баб в окружении? — зло бросила Вика, надувая губы, как капризный ребенок.

Марат остановился посреди гостиной, где через огромные панорамные окна открывался вид на ночную Москву. Он медленно повернулся к ней. В его голосе уже не осталось усталости — только холодная злость.

— А у тебя сколько мужчин, Вика? Ты ходишь «на работу», посещаешь светские мероприятия, сидишь с подружками на Патриках до утра. Мне теперь тоже начинать отслеживать всех, кто вокруг тебя крутится?

Виктория хлопнула длинными ресницами, явно не ожидая такого ответа.

— У меня проблемы, Вика, — продолжил Марат, не снижая напора. Голос его стал ниже и жестче. — Ты вообще знаешь, что это такое — проблемы? Я работаю. У меня горит бизнес, у меня куча конкурентов, которые только и ждут, чтобы меня добить. Хмельницкая — журналистка, которая сейчас может спасти мою подпаленную шкуру. Ты хоть это понимаешь? Или в твоей красивой пустой головенке для такой простой идеи места не нашлось?

Он смотрел на нее и чувствовал острое желание схватить за горло и как следует тряхнуть. Но вместо этого просто стоял посреди роскошной гостиной, освещенной только мягким светом торшера и огнями города за окном, и с трудом сдерживал себя.

— Марат… — Вика опустила голову, как побитый щенок. — Послушай… ну да, я знаю, тебе не легко. Но…

Она подняла глаза и прикусила нижнюю губу — этот жест она всегда использовала, когда хотела выглядеть беззащитной и милой.

— Ну давай папе скажем…

— Что? — Марат резко поднял на нее глаза.

Вика сделала шаг ближе и осторожно положила руку ему на плечо, будто пытаясь его успокоить.

— Пока тебя не было, я поговорила с папой, и он сказал, что может помочь. Он уже звонил кое-кому…

Марат смотрел на нее несколько секунд, а внутри него медленно закипала тяжелая, темная волна ярости.