Спаси сердце короля. Искупление - Фэя Моран Страница 182

— Будем иметь в виду, – смеётся Каталина в ответ, не слишком, наверное, представляя, какие у Джаспера питомцы на самом деле – два крокодила.

— Будьте счастливы, а я помолюсь за вас своим скандинавским богам.

С этими словами Джаспер кивает мне, отворачивается и уходит, наверняка собираясь улетать обратно в Депо Бэй.

Хизер ставит опустевший стакан на наш стол и садится на свободный стул рядом с Зайдом. Её пепельные волосы непривычно распущены.

— Никогда не думала, что эта затея так кончится. Когда я увидела Лину впервые, решила, что она не продержится и трёх дней. Но теперь я вижу, как сильно ошибалась.

— Это можно считать комплиментом? – усмехается Каталина.

— Да. Ты чертовски крутая. И, уверена, твоя девочка тоже будет такой же крутой, когда вырастет. – Хизер поднимает свой стакан, просит Зайда налить ей ещё виски, что он и делает, а потом добавляет: – За тебя.

— Поддерживаю! – одобрительно восклицает Нейт.

И друзья поднимают свои стаканы, чтобы торжественно чокнуться.

Чуть позже я замечаю среди гостей приглашённую Каталиной Аву, оказавшую нам незаменимую помощь в том непростом деле, и тычу в плечо Зайда, привлекая его внимание.

— Иди к ней, – говорю я требовательно.

Проследив за направлением моего взгляда, он хмурится. Но на удивление не спешит отказываться.

— И что я ей скажу?

Меня забавляет то, как дрогнул его голос. Пожалуй, Авадора Миттанк – единственная женщина, которая заставляет его волноваться перед простым разговором.

— Всё, что чувствуешь, – отвечаю я. – Это не так сложно, как может показаться на первый взгляд.

И Зайда этот ответ будто бы удовлетворяет. Он хватает со стола стакан с алкоголем и для храбрости выпивает залпом, после чего встаёт и шагает в сторону девушки.

— Опа, у нас будут ещё детишки? – усмехается Нейт, наблюдая за происходящим.

— Зайд скорее умрёт, чем заведёт детей в двадцать три, – хихикает Моника. – Так что ещё не скоро. Давай лучше пойдём и потанцуем?

— Только после тебя, крошка.

Краем глаза замечаю лёгкое движение у входных дверей нашего нового дома и поворачиваюсь. Во дворе появляется мама, словно сошедшая с полотен эпохи Ренессанса. Она одета в простое, но элегантное платье пастельного оттенка, её волосы аккуратно уложены, а на лице сияет улыбка, полная любви и гордости.

Но всё моё внимание приковано к маленькому свёртку, который она бережно держит на руках.

— Я решила, что Дженни не помешает поглядеть на гостей, – объясняет мама, приблизившись. – Всё-таки свадьба её родителей.

Дженезис только проснулась, её личико ещё хранит отпечаток сна. Крошечные кулачки сжаты, а губы сложены в милую гримасу. Она смотрит на мир своими огромными, ещё немного затуманенными сонливостью глазами.

Я не боюсь ни зла, ни смерти, но сейчас, глядя на свою дочь, чувствую себя самым уязвимым человеком на свете. Любовь к ней переполняет, захлёстывает с головой, и я понимаю, что готов отдать за неё жизнь, не задумываясь ни на секунду.

Я встаю, извиняясь перед друзьями тихим шёпотом, и не могу оторвать взгляд от Дженезис. Она такая маленькая и хрупкая… Руки сами тянутся к ней, и мама осторожно передаёт мне мою дочь. Каждый раз, когда я держу её, мне страшно сделать что-то не так. Её крошечное тельце кажется невесомым, но в то же время я чувствую огромную ответственность. Она поднимает на меня свои светлые глазки, её дыхание ровное и спокойное.