Бесишь меня, Ройс Таслим - Лорен Хо Страница 19

— Ты не умираешь с голоду, а просто хочешь есть, – говорю я, но роюсь в сумке и передаю ей крекеры с водорослями, которые приберегла для перекуса перед ужином. – Это звучит ос…

— …корбительно для всех людей в мире, которые голодают по-настоящему, которые действительно умирают от голода. Знаю, знаю, я не должна этого говорить. Я просто ужасна.

Я закрываю рот. Зи опередила меня, выдав слово в слово то, что я собиралась сказать.

Наконец такси Таслима притормаживает и сворачивает в направлении Чоу-Кита, довольно неблагополучного грязного района города со скопищем злачных мест и крупнейшим в городе продуктовым рынком, где дома эпохи колониализма с магазинами на первом этаже, в которых размещаются самые разнообразные оптовики, тесно соседствуют с фешенебельными кафе. Витрины горят неоном и старыми флуоресцентными вывесками, а беспорядочная джентрификация[8] постепенно становится все заметнее, несмотря на репутацию района как квартала красных фонарей. Я смотрю на Зи, она смотрит на меня. Что здесь делает Таслим?

Такси Ройса сворачивает в боковой переулок, вдоль которого с обеих сторон стоят торговцы с тележками, фургончиками и киосками с едой, продающими как традиционные местные блюда типа лок-лок[9] и жареный морковный пирог[10], так и более модную, более иностранную еду, и съезжает к тускло освещенному тупику. Такси останавливается, Таслим выскакивает и, хм, несколько неожиданно, направляется к придорожному киоску Ramly Burger[11].

— Притормозите немного дальше, пожалуйста, – говорит Зи Паку Исмаилу, который тут же резко поворачивает налево, едва не сбивая мотоциклиста, и останавливается в узком переулке. Зи изо всех сил пытается оторвать мои пальцы от подлокотников. Я с трудом выбираюсь на костылях из салона, лицо у меня пепельно-серое, а у нее расплывается в безмятежной улыбке. Пак Исмаил уносится прочь, чтобы снова терроризировать автомобилистов.

Мы осторожно подходим к улице, высовываем головы из-за угла и надеемся, что Ройс не ушел. Он на месте, все еще ждет свой бургер.

Теперь, когда мы на улице, я чувствую, как до нас доносится соблазнительный аромат дешевого бургера, жарящегося на маргарине. Желудок у меня бурчит, подавая знак, что пора ужинать.

— Тссс, – говорит Зи, как будто это что-то изменит.

Мы торчим на виду, ждем на открытом месте, прижавшись спиной к зданию, время от времени выглядывая из-за угла, чтобы проверить, на месте ли Таслим. Он же, не обращая внимания на своих преследователей, не спеша поглощает уличный бургер, вероятно, наслаждаясь изысканным вкусом трансжиров.

Через некоторое время мы теряем бдительность, начинаем смотреть TikTok и хихикать. К счастью, Таслим не замечает нас из-за общего шума, плотного движения и множества людей. Наконец он доедает бургер, идет к неприметному фасаду, останавливается перед алой дверью, ведущей на второй этаж, и исчезает за ней.

Я поворачиваюсь к Зи, торжествующе указывая пальцем на удаляющуюся фигуру Таслима:

— Нет, ты это видела?

— Э-э-э, ну как бы да. Я ведь рядом с тобой стою.

— Это был риторический вопрос, – отвечаю я. – Нет, ну надо же, припереться в Чоу-Кит, зайти в какую-то непонятную дверь на втором этаже какого-то непонятного магазина! Я так и знала, что в Таслиме есть что-то подозрительное. Весь этот гель у него в волосах. Интересно, зачем он здесь.