Поздравляю, тренер! Теперь вы – папа! - Татьяна Донченко Страница 19

Я отвечала ему тем же, исследуя его тело, отдаваясь потоку страсти.

Его член двигался во мне то плавно, то дерзко резко. Я задыхалась от наслаждения, мои мышцы сжимались вокруг него, и я его чувствовала каждой клеточкой.

Он стонал мне на ухо, повторяя мое имя. Наши тела двигались в едином ритме, приближаясь все ближе и ближе к пику.

И вот — взрыв. Меня накрыла волна оргазма, такая мощная и всепоглощающая, что я потеряла ощущение реальности.

Я кричала его имя, мои ногти впились в его спину. Он двигался все быстрее и быстрее, пока и сам не разрядился во мне, утопая в моей страсти.

Мы долго лежали в объятиях друг друга, тяжело дыша, не в силах оторваться друг от друга. Я чувствовала его тепло, его обожание.

— Ты даже не представляешь, как долго я об этом мечтал…

— Кажется… я тоже.

Столько заниматься сексом за одну ночь — это же невозможно! Или… да?

А главное, я понимала, что это еще не предел…

Вся ночь была наполнена поцелуями, ласками, стонами, криками.

А потом не только ночь, но и утро. И следующий день. И следующий. Мы не могли остановиться, изучили друг друга досконально, познали все тайны и желания.

Я никогда не чувствовала себя такой… новой. Перерожденной. Избавившейся от всех комплексов и сомнений. Я была желанной. Я чувствовала себя женщиной.

11

Прошло больше двух недель.

Две недели счастья, безудержной страсти, пьянящего восторга. Мы жили, словно в медовом месяце. Периодически отрывались на работу, на какие-то обязательства, но потом спешили друг к другу, как намагниченные, словно нас притягивала невидимая сила.

Я окончательно потеряла голову от этого тренера!

Дима Воронцов, бывший самым крупным моим клиентом, ставший моим тайным поклонником, превратился в смысл моего существования.

Вся моя жизнь до него казалась серой, тусклой, лишенной красок. Теперь мир сверкал всеми цветами радуги.

С Самойловым я благополучно не пересекалась, хотя он мне периодически названивал. Я отвечала односложно, избегая конкретных разговоров, стараясь держать его на расстоянии. Чувствовала какую-то странную вину, оттого, что так быстро про него забыла. Но эта вина по сравнению со счастьем, которое я испытывала с Димой, была ничтожной песчинкой.

И вот однажды, мы выходили из машины, счастливые, влюбленные, как два подростка. Постоянно целовались, не обращая внимания на окружающий мир. Тогда я увидела Самойлова.

Он стоял на выходе из кофейни, хмурый, сосредоточенный. И неожиданно поднял голову, наши взгляды встретились.

Увидел меня с Воронцовым, мое светящееся лицо, влюбленные глаза, мои руки, обвивающие шею Димы. Увидел, насколько я счастлива.

Он сделал шаг в нашу сторону, и я похолодела, понимая, что сейчас произойдет неизбежное столкновение.

Дима крепче обнял меня.

— Что тебе нужно? — прорычал он, его челюсти напряглись.

Самойлов подлетел к нам.

— Нам с женой нужно поговорить! — прорычал он, глядя на Воронцова с ненавистью.

Дима ощетинился как зверь, готовый защищать свою территорию.

— Убирайся. Тебе здесь нечего делать.

— Сонь, скажи своему Церберу, что нам нужно поговорить. Мы друг друга больше двадцати лет знаем все-таки. Мы можем обойтись без… охраны?

Не могла больше это терпеть эту комичную сцену. Мои отношения с Самойловым давно закончились. И один разговор ничего не изменит.