Развод в 45. Любовь генерала - Полина Измайлова Страница 19

Как вот так вот жизнь разваливается за мгновения? За какие-то несколько часов?

Вспоминаю свое состояние в прошлый раз. Я ведь это уже переживала!

Тогда я была убита, раздавлена, уничтожена.

Сейчас я дико зла!

Мне хочется отмщения!

Хочется, чтобы муж мой ответил за всё. И передо мной, и перед сыном, и перед дочкой! И Лялечка эта, кошка драная, чтобы тоже ответила.

Не знаю, как я это сделаю — но сделаю точно!

Набираю Демида.

Опять тишина.

Слезы непрошеные катятся.

Ладно, понимаю, что не хочет никого видеть и слышать, но мать при чем? Прочитал же мое сообщение! Хоть слово бы написал!

Зря я, конечно, вчера его ударила, ой зря. Но что теперь говорить?

Такси тормозит у центрального входа в универ. Большое, старое здание, историческое, знаменитое, тут учились и мой муж, и мой брат. Собственно, и с Андреем я познакомилась благодаря брату. Не хочу вспоминать. Не буду.

Я должна поговорить с сыном!

Вход в университет через новую проходную. Небольшое здание с тонированными стеклами. Держу туда дорогу, дохожу до крыльца, поднимаюсь, прохожу в двери и натыкаюсь на турникеты. Охранники меня, естественно, не пропускают.

— Не положено. Вы к кому?

— Я своего сына найти хочу.

Пытаюсь объяснить, в чем проблема, паспорт достаю. Вообще не понимаю, что за система такая дебильная? Понимаю, что не положено, но у меня форс-мажор, нештатная ситуация!

— Поймите, мне очень нужно его разыскать!

— А я откуда знаю, что это ваш сын? — ругается пузатый седой дядька в форме.

У меня уже просто нет сил на всё это, но я должна, я обязана пройти внутрь и найти сына.

— Вы понимаете, у меня сын пропал, — объясняю ему. — Вот у вас есть дети?

— Да какая разница, дамочка. Я же говорю, не положено, вы же понимаете правила такие, терроризм, и всё такое. Не могу вас пропустить.

— Смотрите, у меня ничего нет. Разве я похожа на террористку?

Раскрываю перед ним сумку, нервы на пределе. Хочется драться и ругаться. Еле-еле держу себя в руках. Уже нет никаких сил, я же просто хочу найти своего сына, и всё.

Чувствую, что по щекам бегут слезы.

— Степан Григорьевич, а в чем тут дело? — неожиданно слышу голос, поднимаю голову, передо мной стоит мужчина, деловой такой, с бородкой, в очках. Лицо знакомое.

— Да вот тут дамочка, Валентин Васильевич, пришла сына искать.

— Сына? А кого конкретно вы ищете?

— Я мама Демида Лисицына, — объясняю спокойно, взяв себя в руки и узнав в этом мужчине декана факультета, на котором учится сын. — Валентин Васильевич, помогите мне, пожалуйста. Понимаете, он на телефон не отвечает, трубку не берет, я звоню, сестра звонит… Ей сказали, что его с утра видели тут, в университете. Поэтому я и приехала сюда. У нас… У нас семейные обстоятельства. Понимаете? Мне очень нужно найти его!

Слезы текут, тушь наверняка размазана, и выгляжу я ужасно, но мне реально плевать. Мне нужен мой сын.

Декан хмурится, потом поднимает брови, смотрит на меня, как будто что-то вспоминает, потом берет меня за локоть.

— Хорошо, что вы пришли. Степан Гаврилович, выпусти меня. Давайте отойдемте в сторонку, чтобы не стоять на проходе.

Он проходит через турникет, увлекая меня в небольшой закуток. А мне дико страшно, я понимаю, что что-то не так.

— Скажите, что случилось?

Следую за деканом. А он смотрит на меня насупившись.