Счастье без имени - Саша Березина Страница 19

И всё же вечером Иван постучал в дверь Татьяны и предложил ей пройтись.

Она в итоге согласилась, хотя пришлось её какое-то время уговаривать.

— Я обычно прохожусь по посёлку, – рассказывал Иван, когда они, выйдя из дома, повернули не к озеру, а в противоположную сторону. – У нас тут тихо и спокойно.

Разумеется, именно в этот момент гости одного из соседей взорвались дикими криками.

— Это исключение, – рассмеялся Иван и пожал плечами: – Праздники. Так вот, сначала мы прогуляемся вдоль посёлка, потом возле кондитерской фабрики перейдём дорогу и окажемся на дальнем берегу озера. Вдоль него пройдём до пирса и вернёмся к дому.

— И ты каждый день вот так гуляешь?

— Стараюсь. Иногда так засидишься в мастерской, что нужен свежий воздух.

— Что ты делаешь в мастерской?

— Я столяр. Делаю на заказ мебель, доски, менажницы… что попросят.

— Надо же!

— Что тебя удивляет? Я не похож на такого человека?

Таня окинула его оценивающим взглядом.

— Да нет, скорее похож. Можно посмотреть на то, что ты делаешь?

— Можно потрогать, посидеть и поспать. Кровать, комод и шкаф в твоей комнате. Мебель в столовой и гостиной…

— А-а-а, как я сразу не догадалась! Я же обратила внимание, что мебель не похожа на ту, что продаётся в магазинах. Значит, это ты всё сам?

Ивану польстил восхищённый блеск в её глазах.

— Да. Мой дед был плотником и столяром. Он научил меня работать с деревом. В моей мастерской огромное количество техники, инструменты, пилы, станки. У деда почти ничего не было, кроме молотка, пилы и долота. Но он так обращался с деревом, что диву даёшься.

— Я в этом не разбираюсь… кажется. Но в твоём доме очень уютно.

— Спасибо.

Они свернули к озеру, когда на город опустились сумерки. Компании отдыхавших разъезжались по домам. Над водой поднимался лёгкий туман, пахло влажным песком и травой. Пирс был виден ещё издалека, и Иван заметил, что чем ближе они подходили, тем медленнее становились Танины шаги. Она непроизвольно схватила его за локоть, зайдя чуть за спину, как будто пыталась спрятаться.

— Тебе страшно?

Таня кивнула, не отводя взгляда от пирса.

— Мы можем туда не ходить. Если ты боишься. – Он помолчал. – Я не настаиваю, но знаешь, как говорят? Чтобы избавиться от страха, надо заглянуть ему в глаза. Я думаю, ты сильная и можешь это сделать.

— Откуда тебе знать? – Её всю трясло, и Иван видел ужас, плещущийся в каре-зелёных глазах.

— Ты выжила, пробыв в холодной воде не меньше десяти минут. Ты почти умерла. Но воскресла.

— Воскресла… – Её губ коснулась усмешка. – А чувствую себя живым трупом. Я поломанная и брошенная, как бракованный товар. Не знаю, кто я и зачем на этой земле.

— Я знаю.

— Правда? – Таня подняла на Ивана взгляд, и ему показалось, что он в нём сейчас сам утонет.

— Ты здесь, чтобы жить.

Она молчала, обдумывая его слова. Потом посмотрела на пирс, но всё равно повернула в другую сторону.

— Пойдём домой?

— Хорошо.

Таня отпустила его локоть, и Иван испытал внезапное разочарование. Оказалось, приятно чувствовать себя нужным, полезным. Но он быстро отмахнулся от этих ощущений. Нет, ему хорошо одному. От женщин одни проблемы. И будет лучше, если он сейчас не увлечётся Таней, потому что отпускать то, что тебе дорого, слишком больно. Тяжёлая дверь в сердце снова захлопнулась.