Остров Надежды. Изгнание - Резеда Ширкунова Страница 2

— Таковы законы королевства, — развел руками судья. — Заметьте, я не посылаю ее в шахту. Там она не продержится и месяца. А ещё дозволяю отправиться с ней одному человеку. — Наступила тишина. Толпа молчала. — Значит, никто не желает? Хорошо. Корабль к острову отплывает сегодня, и ровно через три года он вернется за графиней.

Вперед вышел cтарик.

— Что можно взять с собой? — спросил он.

— Ты уверен? — поинтересовался судья.

— Да. Она спасла моего внука от наказания, после которого он бы не выжил. Я возвращаю долг жизни. Так что можно взять с собой?

— Ρучную кладь, больше ничего, — усмехнулся судья. — И повторюсь: если она там не выживет, то судно за тобой приедет только через три года, не раньше. Одумайся, старик.

— Я уже решил. Когда отправляемся?

— Через два часа. Подойдешь к мэрии, до корабля вас довезут, — сообщил судья добровольцу, а потом отдал приказ стражникам: — Графиню пока перенесите в камеру.

Через два часа старик стоял возле мэрии.

Подъехала телега, на которой обычно увозили тела казненных. В ней лежала бесчувственная графиня. Старик, увидев такое обращение с госпожой, лишь смахнул слезу. Он знал ее родителей, девочка росла у него на глазах, и такой жизни этому, в сущности, ещё ребенку, немного наивному, но любящему и дoброму, не желал.

Доехали быстро. Двое матросов занесли в каюту бессознательную графиню и бросили на кровaть, словно тюк.

Старик подошел к Анисии и приложил ладонь к ее лбу. Девушка вся горела. По закону к ней должны вызвать целителя, нo, видимо, всем было наплевать. Бедняжка стала никому не нужной, одна перед целым белым светом.

— Ничего, девонька, потерпи. Я не я буду, если не вытащу тебя.

Старик достал большую бутыль, налил из нее в кружку воды. Нагрев магией, закинул туда несколько щепоток лечебного цветка, размял пучок трав. Заваренный травяной сбор должен помочь девушке прийти в себя.

Через полчаса он напоил Анисию отваром и, намочив обильно им же лоскуты ткани, положил на истерзанную спину.

До места назначения они плыли сутки. На следующий день, ближе к обеду, их высадили на суше, носившей название остров Надежды. На прощание один из матросов дал им два одеяла, подушки и немного еды.

— Спасибо, ребята. Сделанное добро обязательно вам зачтется, поблагодарил старик и поклонился.

— Скажи, отец, зачем ты пошел на это?

— Графиня за свою короткую жизнь сделала намного больше, чем любой из толстосумов, которых я знаю, — ответил доброволец. — Вся ее вина в том, что не сдержала магию и ненарoком убила своего мучителя. А именно им и являлся ее муж.

Матросы лишь покивали и вернулись на корабль.

* * *

Анна Семеновна Пирогова возвращалась с практики домой, в небольшой городок под Москвой. Сельхозработы в Рязанской области, на которые отправляли студентов сельскохозяйственного института, наконец-то закончились. Теперь можно вздохнуть с облегчением: впереди два месяца летних каникул.

Аня мечтала съездить к отцу с матерью. Они уехали в Крым, вступать в наследство. После смерти маминой мамы, Аниной любимой бабушки, остался дом в небольшой деревне на берегу Черного моря. Родителям стало жалко его продавать, и они, немного подумав, отписали дочери квартиру, а сами переехали в дом бабушки вместе с двумя младшими сыновьями. Через неделю Аня собиралась в гoсти, уже мечтая о том, как будет загoрать и купаться в море.