Приятель - Артем Рудик Страница 2

— Мне сказать своё мнение или то, которое вы хотите от меня услышать?

— Очень жаль, что они не совпадают, но я хотел бы услышать ваше.

— Утопии не вышло, даже близко. Всё что можно было испортить, было испорчено. Теперь мы все здесь сидим и едим бобовую лапшу быстрого приготовления. А наукой и невероятными новаторскими идеями даже и не пахнет.

— Интересное мнение, — профессор снова скорчил кислую мину, — Но вам стоит поменьше слушать всяких провокаторов и бунтарей.

— Да я их и не слушаю, просто говорю об очевидном.

— Очевидно, что вам прокапали мозги враги спокойствия на нашей станции. Лучше садитесь-слушайте умные слова, а не витайте в облаках бунтарства.

— Да я как бы и не витаю ни в каком бунтарстве… — сказал я, но старый хрыч не стал меня слушать и, как ни в чём небывало, продолжил вести свою лекцию с видом победителя, а мой голос затих и сдулся.

Не так уж и важно мне было доказать свою правоту и циничность. Просто немного обидно, когда за тебя придумывают твоё мнение и эту же придумку разоблачают, будто бы ты совсем дурак и готов поверить тем странным ребятам, которые предлагают "спустить станцию с орбиты, как её верхушку по социальной лестнице". Нет, в чём-то они, конечно, правы… Но категоричным и однозначным я бы не хотел быть. Просто иногда хочется высказать своё мнение.

А вот Ванёк, мой сосед по парте, а также мой друг и корифей ещё с "детской группы обучения", вот он был совсем другим. Я имею в виду, что он то как раз и мнение своё совал куда ни попадя, и был как раз таки ярым сторонником "провокаторов". Вернее, тех ретивых юных парней и девушек, которые призывали к переменам. Он и на их яркие акции ходил, и стены в коридорах станции пачкал, и в нейронете крамолу о директории станции писал, ну и многое многое другое делал, за что его социальный рейтинг улетел далеко вниз.

Ему ещё повезло, что с его "минус ста тридцатью баллами" его ещё не выгнали взашей из университета. Хотя сказать, что мой приятель ходит по лезвию, это всё равно что ничего не сказать. Он тот ещё отчаянный дурачок. Но дурачок харизматичный и в абсолюте своём притягательный.

Его, кажется, любили вообще все окружающие. Не было людей, которым не нравился его задорный и буйный нрав, который накрывал их волной и полностью погружал в его позитивный настрой. Его любили друзья, родители и, конечно, многие девушки были от него без ума. Он общался с ними легко и непринуждённо, будучи галантным и уважительным. К большинству из них Ваня относился как к очень хорошим подругам, некоторым даже отвечал взаимностью, но так и не смог выбрать одну единственную, с которой остался бы навсегда.

Вместо этого он часто менял партнёрш, пытаясь что-то нащупать и понять для себя. Получалось не очень славно, но у него хотя бы были возможности пробовать: он был смел, честен и открыт. Я совсем не был на него похож в этом. Мы тут скорее были как огонь и лёд, абсолютно разные.

Я тих, застенчив и замкнут. Разве что с друзьями я мог почувствовать себя свободным и шутить так чёрно, как я обычно шучу. Конечно, из-за этой моей особенности, с девушками мне особо не везло. В основном потому, что я даже не мог с ними толком заговорить. Что уж тут рассуждать о каком-то сближении, на которое я, в общем-то, тоже не был способен?