Измена. Не делай мне больно - Каролина Шевцова Страница 2

А еще я очень боялась. И по-детски верила, что проблемы не существует, раз я ее не вижу. И кто знает, может, когда я обернусь, Татьяна Александровна испарится?

Обернулась. Мерзкая тетка сидела за столом. В пальто и шапке.

— Значит, Саша не развелся, - она схватилась за чашку, сделала глоток и скривилась. Итальянский кофе, который любил муж, горчит.

— А должен был?

— Ну, Жанне говорил, что да.

— А Жанна это…

— Доча моя. Единственная, - женщина гордо посмотрела на меня и потом, будто вспомнив что-то, полезла в сумку. – Вот…

На столе оказалась фотография моего мужа с какой-то стюардессой.

Очень молодая, невероятно хорошенькая, просто кукла.

Я сглотнула. Теперь уже мне нужна вода. Но встать со стула я не могла – ноги меня не держали.

Протянув руку к снимку, провела пальцем по Сашиной фигуре, ему всегда шла форма. Он рожден для того, чтобы летать.

— Ваша дочь стюардесса?

— А то! Ее даже в Дубая звали, но она потом с Сашей познакомилась и осталась на уральских.

В Дубая, значит. Я цеплялась за какие-то глупые слова, потому что ничего другого в голову не лезло. Манная кашка.

— И Саша сказал ей, что в разводе. И теперь… - прокашлялась, - сделал вашей дочке предложение?

— Ну… почти, - замялась она, - об этом и разговор! Сколько можно ей голову морочить? Она ради Кораблева этого карьеру бросила, а тут вона какая картина вырисовывается!

— Ага. Значит, вы приехали, чтобы уговорить Сашу жениться на вашей дочери. И теперь не знаете, что делать дальше?

— Отчего не знаю, знаю? Вы разводитесь и он с Жанночкой наконец оформляет отношения! Хватит ему по общагам ныкаться, чай не мальчик!

От такой наглости у меня даже перехватило дыхание.

— Развестись?! После фотографии, на которой мой муж со своей коллегой. Не обнимаются, не целуются, а просто… стоят рядом?

— А ты хотела, чтобы я тебе порнографию со своей кровинкой вывалила?! Ты вообще крещеная?!

— Но сейчас вы, - язык не поворачивался назвать эту тетку по имени отчеству, - предлагаете мне развестись на основе одной только фотографии. Вы в своем уме?

— Есть переписки.

— Покажите!

— У Жанки на телефоне, где бл**ь я тебе их покажу?!

— То есть, у вас нет ничего кроме этого фото? Вы с ним пришли со мной разговаривать?

Женщина поджала тонкие губы, отчего они вытянулись до ниточки. Она обвела взглядом кухню и уставилась на розовую коробку:

— На-по-ле-он, - прочитала та по слогам, - а я торты сама пеку.

— Я тоже сама, - огрызнулась я. – Просто не успела.

Татьяна Александровна снова закрутила головой и, наконец, увидела результат моих трудов: накрытый из шести блюд стол.

— Празднуете что-то?

— Годовщину свадьбы, тринадцать лет. - Сама не поняла, к чему эта откровенность. Отчего-то я продолжала говорить, вместо того чтобы выгнать незванную гостью.

... как же жарко тут, наверное из-за духовки...

Стянула через голову фартук и бросила на пол, потом уберу. Все потом.

— Чертова дюжина, нехорошее число, - взгляд Татьяны Александровны снова вспыхнул, - так и здорово! Ты с ним пожила, а теперь отпусти! Он же у тебя кобелина, каких свет не видел! С Жанкой моей целый год якшается, а она дура, уши развесила и верит. Говорит, до нее он с подружкой еёшной был, но не долго, не любил ее. А мою дочу любит, балует, подарки дарит.

— Так докажите мне это! – закричала и схватилась за голову. Господи, это какой-то румынский цирк. – Где подарки, сообщения, звонки, фотографии?!