Ты ко мне вернешься, жена - Мария Кац Страница 2

Я останавливаюсь возле двери в поисках ключа. Злюсь, что не подготовила его заранее.

За спиной слышу резкий звук шин, которые неприятно царапают асфальт. В тусклом отражении стекла входной двери мелькнула тень черного внедорожника, и сердце моментально учащается.

— Наигралась, Олеся? — голос мужа звучит обманчиво спокойно, как и положено бойцу быстрого реагирования. — Пора домой.

— Наигралась, Олеся? — голос мужа звучит обманчиво спокойно, как и положено бойцу быстрого реагирования. — Пора домой.

Глава 2

Сердце замирает, а потом срывается в бешеную скачку, отдаваясь в висках оглушительным стуком. Я медленно разворачиваюсь.

Перед подъездом, перекрывая собой унылый двор, стоит его черный внедорожник. Из открытого окна водительской двери на меня смотрит Марат. Не двигаясь, не мигая. На его лице нет эмоций, только холодное спокойствие, и только я знаю, что за этим спокойствием стоит настоящая буря. Знаю по тому, как напряжена его челюсть, по тому, как безымянный палец левой руки медленно постукивает по рулю.

— Наигралась, Олеся? Пора домой.

Его голос звучит как приказ. Ровно. Четко. И не терпит возражений.

Я чувствую, как по спине бегут мурашки. В кармане пальто лежит самый важный листок. ХГЧ — 2850. Он жжет мне бедро, словно раскаленный уголь. «Скажи ему», — шепчет внутренний голос.

Если расскажу сейчас, какой будет его реакция? Обрадуется? Или это станет еще одним его активом, еще одним способом приковать меня к себе?

— Я уже дома, — поднимаю голову выше, сталкиваясь с его потемневшим взглядом. Он никогда не любил неповиновение. Правильно говорят, профессия откладывает отпечаток.

Он выходит из машины. Медленно, как хищник, оценивающий дистанцию до добычи. Его высокая фигура в дорогом костюме заслоняет серый свет осеннего дня.

— Твой дом — со мной, — он делает шаг ко мне. Воздух вокруг словно сгущается. С ним всегда так было. Марат умеет подавлять одной лишь энергетикой. — Трехдневный побег я, пожалуй, проигнорирую. Но хватит. Мое терпение ограничено.

— Твое терпение? — во мне что-то взрывается. Слезы, которые я сдерживала, подступают к горлу, но я глотаю их. — А мое доверие? Оно уже кончилось, Марат! В тот момент, когда я увидела твою Лиану на коленях!

Он отмахивается, будто смахивая невидимую пылинку. Всего лишь жест, а он уничтожает всю мою боль, все мои переживания.

— Перестань вести себя как истеричка. Она моя новая сотрудница и прекрасно справляется с работой. Ее отец — важный для меня партнер. Я не вижу причин для ее увольнения.

— Мне жаль, что ты этого не видишь, Марат, — внутри что-то окончательно рвется. Любовь живет три года? Вот уж кто-то верно установил сроки.

— Ты можешь уже напрямую выдвинуть свои требования? Я не маг, чтобы мысли читать. Если есть что сказать, говори напрямую. Обсудим и поедем домой. Хватит уже вести себя по-детски и убегать.

— Поговорить? — я едва сдерживаюсь, чтобы не сорваться на крик. — С тобой? Ты же не слушаешь! Ты никогда не слушаешь! Ты только командуешь! «Будь моей женой». «Пора домой». Я для тебя кто, солдат в твоем личном спецназе?!

Он подходит совсем близко. От него пахнет новым парфюмом, который он сменил пару недель назад, и той несгибаемой сталью, что составляет его суть. Он привык штурмовать здания, идти вперед без страха, без оглядки. Либо победа, либо смерть. Достучаться до его сердца — все равно что пытаться голыми руками пробить бетонную стену.