Чертовски неправильный парень - С. Р. Джейн Страница 2

Мой социальный работник, мисс Томпсон, аккуратно сжала мою руку. У нее были добрые глаза и теплая улыбка, но они не могли развеять грусть, что облепляла меня как вторая кожа.

— Все будет хорошо, золотце, – прошептала она нежным и успокаивающим голосом. Я кивнула, несмотря на то, что не верила ее словам.

Я оказалась здесь, потому что никому на этом свете не была нужна. Она могла сказать, что это не так, попытаться сохранить позитивный настрой и успокоить меня, но это была правда. Я была одна. У меня не осталось никого.

Как только мы зашли внутрь, коридор показался мне растянувшимся до бесконечности в обе стороны. Стены имели пыльно-бежевый оттенок, а флуоресцентные лампы над головой жужжали как злые пчелы. В затхлом воздухе витали запахи старой бумаги и моющих средств. Это место не выглядело доброжелательным.

Мисс Томпсон довела меня до двери в конце коридора, ее шаги эхом отбивались в тишине. Мы зашли в небольшой кабинет, где за письменным столом, заваленном бумагами, сидела женщина с угрюмым взглядом. Ее седые волосы были закручены в тугой пучок, а очки скатились на край носа.

— А, мисс Томпсон, – сказала женщина бодрым голосом. – Это, должно быть, наша новенькая.

Она посмотрела на меня: ее взгляд на секунду смягчился, но в следующее мгновение она критично сощурилась. Ее проницательные глаза буравили меня с таким напором, что по телу пробежала стая мурашек.

— Да, – вежливо ответила мисс Томпсон. – Это Лайла.

Я нервно переминалась с ноги на ногу, прижимая мягкого мишку сильнее к груди. Мне хотелось бы, чтобы мама и папа были здесь. Они всегда знали, как сделать так, чтобы я почувствовала себя в безопасности.

Женщина и мисс Томпсон перешептывались, поэтому я напрягала слух, чтобы разобрать хоть что-нибудь. Мое сердце забилось быстрее от волнения. Меня не отпускало чувство, что они говорят о чем-то очень важном.

— Я слышала о ее родителях, – тихо сказала женщина. – Ужасная трагедия.

— Да. Ситуация очень сложная, – ответила мисс Томпсон голосом, полным сострадания.

— Они выяснили, почему он убил ее?

Ком встал в горле, и я перестала слушать. Они говорили о маме и папе. Мои глаза наполнились слезами, и я попыталась сморгнуть их. Я не хотела, чтобы эта женщина видела меня в слезах.

И не хотела думать о маме и папе в этом ключе.

Еще немного пошептавшись с мисс Томпсон, женщина пригладила свои седые волосы, несмотря на то, что ни один волосок не выбивался из ее жесткого пучка. Она встала и, подойдя ко мне, присела на корточки – ее лицо немного смягчилось.

— Привет, Лайла, – по-доброму начала она. – Меня зовут миссис Андерсон. Мы здесь для того, чтобы помочь тебе, хорошо?

Я кивнула. Мой голос подвел меня, ведь слова застряли в горле.

— Давай-ка устроим тебя, – миссис Андерсон протянула мне руку, и я инстинктивно сжала ее. Ее рука была костлявой и холодной, не такой как у моей мамы. Ни одно прикосновение незнакомцев, что брали меня за руку с момента приезда полиции в наш дом, не ощущалось так же, как мамино.

Миссис Андерсон, не желая тратить время, тут же вывела меня из кабинета и повела к другому коридору.

Пока я шла за ней, смахнула слезу, которая скатилась по щеке и упала прямо на моего мишку.

Мы шли по пустынному коридору, каждый шаг в котором отражался от стен гулким эхо, похожим на стук сердца в тишине. Уверенные шаги миссис Андерсон впереди меня были единственным слабым подтверждением того, что все происходящее – часть моей новой неизведанной реальности, в которую я погружалась с каждым шагом все глубже. Стены были увешаны старыми фотографиями детей, что жили здесь раньше, – их улыбки застыли во времени. Я задумалась: где же все эти дети сейчас? Испытывали ли они хоть когда-нибудь счастье?