Мама по контракту - Реджи Минт Страница 2

— Давай по порядку! – Маша перетянула волосы в хвост, закинула в рот карамельку и уселась напротив. – Не обращай внимания. Я всегда ем, когда волнуюсь. А потом ору на весы. Расскажи еще раз.

— Я не знаю, что рассказывать.

— Все знаешь. Не дури. Мне нужно понять, что делать. Потому что от тебя сейчас толку нет…

Верно. Какой во мне толк. Забавно, пять лет я ощущала себя самой любимой женщиной на земле. Купалась и грелась в этих лучах. А сейчас меня словно сунули в морозилку – прямо как есть, в летнем платье. Больно, мерзко и очень холодно.

Даже Машкин чай не спасает.

За окном идет пушистый снег.

Такой же густой, как две недели назад, когда я возвращалась от врача. Уже зная, что внутри меня есть кто-то еще. Что я теперь не одна. Но я не сказала Олегу. Хотела и не сказала. Почему-то решила, что такие новости нужно говорить в особенный день. Завтра у нас юбилей, я заказала столик в любимом кафе, хотела сделать сюрприз. И рассказать про ребенка. Чтобы все стало совсем значимо для нас двоих.

А выходит, что сюрприз сделали мне. И какой! Прямо на все деньги с порога! От воспоминаний снова захотелось плакать.

— Лика, не спи, рассказывай. Я сейчас на курсах по психологии, нас учат, что боль надо проговаривать. Только не реви больше. У меня салфетки кончились.

А я и не реву. Я замерзаю. Без Олега. Как же это сложно, оказаться в мире, где тебя больше не любят.

Может, я сделала что-то нет так? Не так посмотрела? Не так оделась? На дне рождения приятеля этого, не помню, как зовут, вела себя слишком прилипчиво? Говорила глупости после бокала шампанского? Маме его подарила на Новый год слишком дешевый подарок? Была нехороша в кровати? Хуже других? Хуже нее?

Где я ошиблась, что меня разом разлюбили?

Или я все не так поняла? Обозналась? Померещилось?

Но очень сложно убедить себя в этом, когда видишь все собственными глазами. Может, нельзя было сбегать? Стоило остаться и там на месте окончательно понять, что об меня вытерли ноги?

Но я не смогла. Не хватило сил. Испугалась за ребенка, о котором Олег и знать не знает. Почувствовала, как сводит низ живота от шока, что еще несколько секунд – и со мной случится жуткое. И я убежала, даже дверь не захлопнула. Оставила в ней свои ключи. На них еще брелок – две ладошки держат сердце. Олег подарил месяц назад, когда вернулся из рабочей поездки.

А теперь я на кухне у Маши. И она боится, что я натворю дел, вон, балкон закрыла с особой тщательностью. И ножик отодвинула.

Машка хорошая, предусмотрительная, но это она зря. Я люблю жить. Очень люблю. Только вот теперь это больно. Но есть то, что главнее боли – ребенок внутри меня. Пусть сейчас он ничего не понимает, слишком маленький срок, но я должна держаться, чтобы он жил. Поэтому нужно пить вкусный чай, а потом открыть рот и рассказать все в подробностях.

С чего начать? С того, где я облажалась?

Я всегда смотрела на себя трезво. Да, у меня милая внешность, но я не красавица. Нравлюсь многим, но вот до ухаживаний обычно не доходило. Училась хорошо, но не больше. Середнячок. Во всем. Но разве это значит, что со мной можно так? Сначала приучить жить в любви, а потом вышвырнуть за порог, как котенка?

— Лика, у меня карамелька заканчивается. Давай, детка, надо!

И я рассказываю.