Танец с огнем - Весела Костадинова Страница 2

Она редко поднимала на него глаза, отвечала всегда односложно. Заселила в номер, выдав ключи от номера и от кухни, уточнила, что именно он предпочитает из еды. Каждые три дня она приходила убирать: тщательно, маниакально не пропускала ни пылинки под кроватью, ни пятна на зеркале, ни крошки в углу. Двигалась бесшумно, как тень, и уходила так же — не сказав лишнего слова.

Мужчина стоял у окна второго этажа, опираясь плечом о холодную стену, и смотрел вниз — на нее, на костер, на кошку, что грелась у огня, на бесконечный шум волн. А после — достал телефон и набрал заветный номер. Он не ждал ответа, отсчитал ровно три гудка и сбросил вызов. Сигнал подан — он ждал звонка.

Который последовал незамедлительно, точно тот, кто был на другом конце связи ощутил важность вызова.

— Я нашел ее, — тихо сказал мужчина, не отрывая зеленых глаз от женщины, неподвижной, как статуя.

— Уверен? — после паузы спросили с того конца. Голос звучал тихо, но эмоции мужчина считал безошибочно — страх и радость, надежда и горечь.

— Да. Это она. Живая.

Голос молчал, переваривая ответ.

— Я знал, — наконец, ответил он. — Знал. Как… — он с трудом выдавил слова, — как она?

— Плохо, — ответил мужчина, поджимая тонкие губы и нахмурившись.

Женщина за окном встала и словно во сне пошла к кромке воды.

— Да, что за нах…. — он одним движением отбросил телефон в сторону и рванул к выходу, всем своим существом ощущая, что сейчас случиться что-то непоправимое, что-то такое, что не должно случиться. Трубка надрывалась вопросами, но он не слышал, бегом спускаясь вниз, перепрыгивая через ступени.

На берегу тонкая фигурка подошла к самому краю, ее ноги в потрепанных кроссовках уже лизали морские волны. Она зашла по щиколотку, а он был еще слишком далеко. Рванул со всей силы — благо не подводило тренированное тело, но женщина сделала еще шаг и еще. Вот уже ее накрыло очередной волной, сбило с ног, потащило в море.

От ужаса хотелось кричать, но он не мог. Понимал, что шансы вытащить в такой шторм почти нулевые. Не мог поверить, что она решилась на такое.

Закричал, скорее от отчаяния, от ужаса, от бессилия.

Среди волн мелькнули рыжие волосы, растрепанные, мокрые, золотистые в пробившемся сквозь тучи луче света. Мелькнули и пропали, утаскиваемые беспощадной холодной стихией, безразличной к человеческой жизни.

Он подбежал к самой кромке, старательно вглядываясь в свинцовую серость волн. Не замечая как его самого снова и снова окатывают холодные волны шторма.

И вдруг — снова луч. Короткий, слепящий. И снова волосы. Совсем близко. Три-четыре шага — от силы пять. Шага, которые могли стоить ему жизни здесь и сейчас.

Волна отступила на миг, обнажив ее — тонкую, скорчившуюся фигуру, цепляющуюся за что-то невидимое под водой. Лицо белое, глаза закрыты или потеряны в соленой тьме. Еще одна волна накатывала уже сзади, огромная, готовая добить.

Он не думал.

Просто шагнул вперед — в воду по колено, по пояс, чувствуя, как течение сразу хватает за ноги, тянет, рвет равновесие. Руки вытянуты вперед, пальцы растопырены, как будто мог схватить воздух, расстояние, саму ее судьбу.

— Держись! — крикнул он, хотя знал, что она не услышит.

Она услышала. Распахнула большие серые глаза в которых отражались ужас и тоска. Безысходность.