Ставка на любовь - Ольга Дашкова Страница 2

* * *

Одиннадцатый «Б» встретил меня двадцатью парами глаз и тишиной длиной в три секунды. Потом все зашумело обратно, негромко так, осторожно, как будто люди делали вид что не смотрят и одновременно смотрели очень внимательно.

Учительница математики была усталая женщина с хорошей осанкой и голосом человека которого давно ничем не удивишь. Она представила меня классу без лишних слов. Зорин Клим, Москва, прошу любить и жаловать. Села, открыла журнал.

Нашел свободную парту у окна и сел. За окном был октябрь отвратительный как моя жизнь.

К концу первого урока у меня была кличка.

Услышал случайно, кто-то сзади шепнул соседу. Зор. Коротко, с усмешкой, потому что я смотрел на доску не отрываясь и не записывал ничего. Просто смотрел. Пусть. Хуже бывало.

На перемене ко мне подошел парень. Высокий, спортивный, уверенный в себе ровно настолько чтобы не казаться высокомерным. Семен. Предложил компанию, показал где столовая, спросил откуда. Ответил. Коротко, без деталей.

Он принял меня в свой круг легко, слишком легко. Я понял, что это не великодушие. Это стратегия. Взять нового первым, это значит контролировать, что о нем думают остальные. Я принял его компанию. Тоже стратегически. Тоже временно.

В столовой увидел ее.

Девушка стояла в очереди одна, без телефона, без компании, смотрела перед собой с выражением человека, который давно решил, что окружающий мир это его личная проблема. Темные волосы острижены коротко, куртка явно не первый сезон, взгляд как предупредительный знак на дороге.

Кто-то из очереди задел ее поднос. Обернулся, начал торопливо извиняться, с лишними словами. Она посмотрела на него. Он замолчал на полуслове.

Девушка отвернулась, как будто ничего не произошло. Смотрел на это секунды три. Потом поймал себя на том, что смотрю и перестал.

Маленький город. До конца учебного года. Никаких историй.

— Как устроился?– вечером позвонил отец.

— Нормально.

— Гале не доставляй хлопот.

— Не буду.

Пауза. Он ждал чего-то еще: благодарности, может быть. Или хотя бы интонации, которая дала бы понять, что я понял урок.

Я не дал.

— Клим, – сказал отец. Просто имя, без продолжения. Так говорят когда слов нет, но нужно чтобы последнее слово осталось за тобой.

— Спокойной ночи, – ответил и отключился.

Кот тети Гали сидел в дверях моей комнаты и смотрел с нескрываемым недоверием.

— Взаимно, – сказал ему. Кот не ответил.

Лег. Уставился в потолок. За окном шумел городок. Тихо, по-провинциальному, как будто даже ночью здесь все происходит с оглядкой на соседей. Я думал о том, что до конца учебного года, это не так и много. Что я уже пережил и не такое. Что утром снова пятнадцать минут пешком и снова двадцать пары глаз.

Потом почему-то вспомнил взгляд той девушки из столовой. Как она смотрела на этого парня. Как он замолчал.

Закрыл глаза.

Никаких историй, повторил я себе.

Но уже менее уверенно.

Глава 2

Дарина. Октябрь. Тот же день.

Наш городок, это город где все все знают. Это не метафора. Это диагноз.

Здесь знают что Петровы с Пролетарской разводятся, что у директора школы сын пьет, что тетя Рая из продуктового на Мира нелегально торгует определенными видами товара, ну, вы понимаете меня. Знают все, и хранят это знание бережно, как что-то ценное, но достают в нужный момент.