Развод в 43. Отель для бывших жен - Виолетта Весна Страница 2

— Видела. Подтвердите, пожалуйста, что это тот же документ.

Она назвала дату и номер. Совпали.

Антон провел большим пальцем по краю телефона.

— Если мы продолжим проверять каждую запятую, инвесторы действительно уйдут.

— Тогда тебе повезет выяснить, насколько они заинтересованы.

Он усмехнулся, но спорить не стал.

Новый текст распечатали через семь минут. Я проверила, что спорный раздел удален, сверила перечень приложений и подписала. Затем оформила решение о назначении себя директором. Нотариус удостоверила документы и предупредила, что направит сведения в реестр электронно. До регистрации изменений мои полномочия еще не появятся в выписке.

Антон закончил первым. Ручку положил точно поперек папки, как делал после удачных переговоров.

— Поздравляю, — сказал он. — Теперь у тебя свой отель.

— После записи в реестре.

— Вот за это я тебя и ценил. Даже поздравление надо снабдить примечанием.

Слово «ценил» прозвучало в прошедшем времени. Самый трудный разговор состоялся три недели назад, когда я положила перед Антоном выписки по командировочным расходам и спросила, сколько месяцев он живет с Анной. Он не отрицал. Предложил сохранить общее дело без брака.

Я отказалась от обоих вариантов.

В коридоре Антон придержал передо мной дверь. В холле пахло кофе из автомата и влажными куртками: с утра в Калининграде шел дождь.

— Фамилию можешь оставить, — сказал Антон, когда помощница отошла. — Для клиентов ты Лаврова. Не вижу смысла создавать себе проблемы с документами.

— В заявлении я указала фамилию Тихонова.

Он не сразу понял.

— Зачем?

— Это моя фамилия до брака.

— Я помню. Но гостиничный рынок тебя знает как Веру Лаврову.

— Значит, познакомимся заново.

Антон застегнул пиджак. Его досада напоминала реакцию руководителя, которому без обсуждения изменили название проекта.

— Ты усложняешь простые вещи.

— Смена документов проще, чем еще восемнадцать лет объяснять, почему мне удобно носить твою фамилию.

— Я не прошу объяснять. Если по группе понадобится совет, можешь консультировать. Неофициально, без договоров на каждую мелочь. Оплату решим.

— Нет.

— Даже не спросишь, сколько?

— Я уже знаю цену неофициальной работе.

В нашей семье она называлась поддержкой мужа. В годовых отчетах — стратегией основателя. Повторять этот порядок за почасовую оплату мне не хотелось.

Антон посмотрел на часы.

— Хорошо. Когда разберешься с берегом, предложение останется.

— Не оставляй.

Я вышла под дождь. Машину пришлось оставить через квартал. На заднем сиденье лежал чемодан. Я собиралась переночевать в Зеленоградске, осмотреть отель и на следующий день уехать отдыхать в Светлогорск. Пять свободных дней я забронировала еще в марте, когда не знала об Анне.

Телефон показал сообщение от Дарьи.

«Ну что?»

Я написала: «Подписали. Все спокойно. Вечером позвоню».

Дочь поставила сердечко. В двадцать лет Дарья имела право не проводить день между нашими отчетами о разводе. Мы оба обещали не делать ее посредником. Пока это было единственное соглашение, которое Антон не пытался дополнить приложением.

До Зеленоградска я доехала за сорок пять минут. За это время нотариус подтвердила отправку документов, а системный администратор группы уведомил, что доступ ООО «Балтийский берег» к фирменному модулю бронирования и корпоративной почте прекращен.