Любовь со вкусом лета - Сильвия Лайм,Камила Соколова,Анна Рыжак,Настя Ненастьева,Сана Эванс Страница 20

Все притихли, переглянулись. Это была тишина, в которой прекрасно и отчетливо слышалось коллективное «ого». Девочки зашушукались и тут же уставились на Соню. Ксюша демонстративно отвернулась. Даня, напротив, повел плечом так, будто работать бок о бок с Соней было частью его ежедневного расписания.

— А почему они вдруг будут работать вдвоем да еще и одним набором инструментов? – все же озвучила вопрос всех любопытная Арина.

— Это так… необычно, – лукаво улыбнувшись, добавила Даша.

— В этом нет ничего необычного, – бросил Даня, поднимая ящик с инструментами, так, будто эта новость его совершенно не касается. – Рабочий день как рабочий день.

Игорь Петрович только махнул рукой.

— Потому что наказаны. Как два школьника, – ответил он девочкам. – Еще вопросы будут? Нет? – Он хлопнул в ладоши. – Отлично. Работайте.

Даня, словно ничего не произошло, развернулся и уверенно направился к месту их «каторги». Он снова даже не взглянул на Соню!

Она посмотрела ему вслед, затем подняла голову. Было всего шесть утра, небо еще не успело полностью проснуться: оно нависало над лагерем серовато-голубое, словно сонное. А по его поверхности медленно плыли тяжелые облака, такие густые, что казалось: стоит им лишь чуть-чуть зацепиться за вершину холма – прорвет и хлынет вода.

«Только бы не дождь…» – подумала Соня и, игнорируя любопытные взгляды девочек, быстро пошла следом за Якубовым.

Несколько раз Даня останавливался, наклонялся, подбирал с земли крупные угловатые камни и клал их в ящик. Соня наблюдала за этим и набрасывала варианты, для чего он это делает.

«Интересно, – прикидывала она, – он собирается выложить из них какое-нибудь таинственное послание потомкам? Типа „Здесь был Даня“ – из булыжников? О нет! Может, он крымский Сизиф![4] А вообще, если так пойдет и дальше, мы можем не копать: он просто завалит раскоп камнями…»

Место, которое должно было стать полигоном для примирения, оказалось на отдаленной окраине раскопа, в стороне от других практикантов. Остальные ребята и руководитель едва угадывались: маленькие фигурки внизу, за холмистой грядой. Здесь же, повыше, царила тишина, такая, что слышно было, как ветер шелестит сухими травами и периодически падает глинистая крошка со стенок их квадрата.

Даня молча поставил ящик на землю, присел и начал доставать инструменты: совок, кисти, шпатели, рулетку и прочее необходимое оборудование. Соня стянула объемную толстовку и осталась в одной бежевой футболке. Цвет был, конечно, не самый практичный, но выбирать не приходилось, поскольку остальные футболки так и не высохли после дождя.

Несмотря на то что было раннее утро, воздух уже нагрелся, стало душновато. Тяжелые тучи по-прежнему висели низко, словно собирались придавить склон всем своим весом.

«Парит. К дождю», – подумала Соня.

— Тебе удобнее кисть или шпатель? – спросил Даня, поднимая взгляд на девушку.

Соня чуть заметно вздрогнула от неожиданности. На секунду она замялась, нервно заправила прядь волос за ухо, после чего ровно ответила:

— Шпатель. Средний. Спасибо.

Даня выпрямился и протянул ей инструмент. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Соня тут же одернула руку, будто от неожиданного разряда тока. Даня бросил на нее короткий взгляд, но сделал вид, что ничего не заметил, взял кисть и отошел к противоположному краю квадрата.