Красный Сокол - Аврора Пайель Страница 20

Повисает тишина. Не нужно поворачивать голову, чтобы понять: все смотрят на меня, недобро смотрят. Делаю вид, будто ко мне это не относится, но нервно поджимаю пальцы на ногах. Я догадываюсь, что собирается сказать Малкольм. По крайней мере, какую тему затронет. Осталось понять, на чьей он стороне.

Затаив дыхание, жду, когда упадет дамоклов меч.

— У нас полно работы, так что на этой ноте я хотел бы закончить свою речь, но есть один вопрос, который волнует игроков и их семьи. Сейчас я закрою его раз и навсегда.

Малкольм отличный тренер и тактик, но оратор он так себе. Он топчется по льду, подбирая нужные слова:

— Как вы могли заметить, нас сегодня только семнадцать. Марк, наш центральный игрок, уже три недели лежит в коме. Его жестоко избили на выходе из бара. Я знаю, по кампусу ходят разные слухи, но уверяю вас: в них нет ни капли правды. Ни один из членов команды не был признан виновным. Полиция продолжает расследование, и временное отстранение одного из «Хаски» не имеет прямого отношения к этому расследованию.

Я едва сдерживаю смешок. Что за бред! Если Малкольм и не лжет, то как минимум недоговаривает. Парни знают это не хуже меня. Полицейские нашли меня на парковке, а рядом лежал Марк. Меня уводили в наручниках.

Спасибо, тренер, что не подливаете масла в огонь. Наконец кто-то встал на мою защиту. А вообще, поскорее бы все это закончилось…

— Не верьте слухам и помните: мы одна команда. И в этом сезоне мы постараемся это доказать.

Тренер делает шаг назад, и вперед выходит капитан «Хаски». Билл – высокий кареглазый блондин – идет к скамейке запасных, держа под мышкой хоккейный шлем.

— Семьи наших новичков меня еще не знают. Я Билл, капитан команды. Джордж и Лиам, с вами я познакомлюсь поближе на тренировках. Если роль Малкольма заключается в том, чтобы доводить вас, то моя задача – не дать вам сломаться психологически. Будет тяжело, поверьте, но вы всегда можете рассчитывать на меня. Так что выше нос! А будете унывать – получите волшебный пинок под зад.

Рядом раздаются смешки. Как всегда, Билл произвел впечатление. Из нас двоих он всегда был более общительный. Не перестаю удивляться, как легко ему даются публичные выступления.

— «Хаски» – это прежде всего сплоченная стая. У нас были трудные времена, но пора оставить прошлое позади и двигаться вперед. Давайте покажем, чей по праву чемпионский кубок!

На трибунах раздаются аплодисменты. Я тоже хлопаю – сдержанно. Ян, улыбаясь, бьет меня по плечу.

— Ну, я же говорил – двигаемся вперед, ага! Звучит неплохо, как по-твоему? – вполголоса спрашивает он.

Я растерянно киваю. Нет, дружище, чудес не бывает. Не может все кончиться вот так – как по мановению волшебной палочки…

Игроки встают со скамьи и, проходя мимо Билла, хлопают его по перчатке. Я сижу – все-таки мне запретили выходить на лед. Малкольм что-то кричит парням на катке, а затем подходит ко мне – руки в карманах, взгляд подозрительный.

— Чего ждешь, Вестон?

Я пожимаю плечами. Чего вы от меня хотите? Будто я сам себя отстранил. Это же вы с деканом решили, что я продолжу тренироваться, но не выходя на лед. Так в чем дело? Я что-то не понимаю.

— Чего расселся, говорю. Или думаешь, возьмешь кубок, не вставая со скамейки запасных?

Он повышает голос. Да на нас же люди смотрят, давайте потише, что ли…В ответ я шепчу, чтобы никто не слышал: