Сердце на льду - Анна Эйч Страница 21

— Что ж… Танцы – это… это не самое худшее, – выдыхаю я, чувствуя некоторое облегчение.

Её плечи расслабляются, напряжение спадает с лица. Я снова сокращаю расстояние между нами и осторожно беру её руку в свои ладони, прикладывая холодный компресс.

— Пожалуйста, прекрати так рисковать, – говорю тихо, почти шёпотом, не поднимая глаз. – Я не всегда смогу быть рядом. Ты ведь талантливая фигуристка! Будет обидно потерять тебя прямо перед Олимпиадой.

Я намеренно упоминаю Олимпиаду – знаю, что для спортсменов это как красная тряпка для быка. Болевая точка, на которую можно надавить ради их же блага. Но на самом деле я просто за неё переживаю.

— Я даже не в сборной пока… – её губы трогает лёгкая и застенчивая улыбка.

— Вот именно – пока…

Я решаюсь поднять голову и встречаю её взгляд. Пара сверкающих глаз смотрит на меня без прежней агрессии и упрямства. Сена больше не пытается вырваться или закрыться за колючими словами. Она отключила режим бойца и превратилась в обычную девчонку: юную, хрупкую в своей естественной красоте.

Её лицо всё ещё хранит подростковую мягкость: россыпь едва заметных веснушек на щеках, пухлые губы и непослушные русые волосы, собранные в растрёпанный пучок. Эта непринуждённая естественность удивительно притягивает. Она словно глоток свежего воздуха после заурядных стандартов красоты и фальшивой идеальности.

Смешно: если бы кто-то сказал мне раньше, что после бесконечных романов с роковыми женщинами меня потянет к такой вот юной упрямице с вечным беспорядком на голове, я бы рассмеялся ему в лицо. Но сейчас мне совсем не до смеха.

За окном ночь. Я взрослый мужчина, у которого уже давно не было секса. А передо мной стоит молодая девушка всего в нескольких сантиметрах от меня. Вся ситуация буквально кричит: «Поцелуй её! Возьми прямо здесь, на этой кушетке!»

Мысленно ругаюсь на самого себя за подобные мысли. Это станет отличной строкой в резюме: «Профессионально лечу и трахаю спортсменок. Закрываю все их физиологические потребности».

Идиот!

Я спешно отпускаю руку Зефирки и делаю шаг назад, чтобы не наделать глупостей.

— Всего хорошего, мисс Золотова, вам пора.

Её глаза слегка расширяются, как будто мои слова задели её или разочаровали. Неужели она ожидала чего-то другого? Но какие бы мысли ни роились в моей голове, я точно знаю одно: интрижка со спортсменкой поставит крест на моей карьере. Я не могу так рисковать ради минутного удовольствия.

Глава 5. Больше, чем коньки

Сена.

С большим трудом мне всё же удаётся разыскать здание, в котором тренируются мои новые друзья. Оказывается, заброшенные заводы притягивают творческих людей не только в России – здесь эта мода тоже прижилась. Огромные зеркала, подвешенные на тонких тросах, словно парят в воздухе под высоким потолком, наполняя андеграундный зал особой магией и загадочной атмосферой. Сквозь гигантское окно, разделённое на квадраты старинными рамами, струится яркий солнечный свет, оставляя на полу золотистые пятна и деликатно скрывая в тени облупленную штукатурку стен.

Ребята полностью погружены в стихию танца и даже не замечают моего появления. Они двигаются как единое целое, легко скользя от одного стиля к другому, гармонично перестраивая фигуры и виртуозно выполняя сложнейшие элементы. Марта и Дон одновременно взмывают в воздух, исполняя зеркальное сальто; затем Дон переходит в головокружительное вращение на голове, а Марта вместе с присоединившейся к ней Джекки выдаёт синхронную связку в стиле R'n'B. Через мгновение композиция меняется: Дон и девушки мягко отходят назад, уступая место Тоби, который под незаметно сменившийся бит демонстрирует изящный современный балет с элементами джаз-фанка. Остальные не просто ждут своей очереди – они продолжают подчёркивать движение Тоби, отражая его жесты словно расходящиеся по воде круги, постепенно уменьшая их амплитуду.