Директриса поневоле. Спасти академию - Адриана Вайс,Мария Минц Страница 217

Когда я заканчиваю, в зале стоит напряжённое молчание.

— Это серьёзные обвинения, — говорит один из старейшин, пожилой маг с седой бородой. — Но где доказательства? Свидетельства, кроме ваших слов и слов наблюдателей, которые могли быть… напуганы и дезориентированы?

Исадор смотрит на меня. В его взгляде тот же вопрос: Что у тебя есть?

И тут вперёд выходит Люсьен Варго.

— У нас есть все доказательства, — Он выглядитдерзко, как никогда. В его руках — та самая толстая папка с потрёпанными уголками. Я узнаю её. Та самая папка, что он показывал нам с Эдгаром. Но теперь она стала вдвое толще.

— Здесь всё, Ваша Светлость, — говорит Люсьен, бросая на стол пухлую папку. Голос у него твёрдый, репортёрский. — Это то, что мне удалось раскопать за последние месяцы. И кое-что… свежее.

— О чем конкретно идет речь? — спрашивает Исадор, открывая папку и медленно листая содержимое.

— Показания свидетелей, переводы денег, связи. Но самое главное… — Люсьен делает драматическую паузу, глядя в глаза каждому из сидящих за столом. — Я провел расследование и установил, что дело о пропаже артефактов из Академии Чернокнижья связано с принцессой Изабеллой. Более того, она была главным инициатором их «поисков». Она лично приезжала в академию, после чего ректор Розвелл резко отказался от должности и исчез.

В зале повисает мертвая тишина. Обвинить принцессу… это уже не просто мятеж. Это самоубийство.

Исадор мрачнеет, его пальцы судорожно стискивают лист бумаги.

— Это… возмутительно, — тихо произносит он, но я не понимаю, к кому это относится — к нам или к Изабелле. — Вы понимаете, что вы говорите? Вы утверждаете, что член королевской семьи организовала кражу и убийства? Кроме того… вы смогли установить где находятся пропавшие артефакты?

— По крайней мере, самый главный из них! — выкрикиваю я. перехватывая инициативу. Голос звучит громче, увереннее. — Во время ремонта мы обнаружили остатки «Резонансного Ядра» и дневник ректора Розвелла.

— Дневник? — несколько голосов звучит одновременно.

— Да. В нем он описывает, как обнаружил, что главный артефакт — «Резонансное Ядро» — может быть превращен в оружие массового поражения. Он писал в Совет. Писал во дворец. Но ответа не было. Зато пришли люди, которые попытались украсть ядро. Так он понял, что за артефактами идет охота. Он уничтожил Ядро, подставив себя под обвинение в краже. И он спрятал трёх студентов-лаборантов, которые всё видели. Потому что боялся, что до них доберутся… предатели из дворца или, — я обвожу взглядом зал, — из этого самого Совета.

Тишина становится абсолютной, звенящей.

— И одного из этих студентов, — я указываю на Алдрика, который стоит за Люсьеном, съёжившись, но подняв голову, — нам удалось найти. Егозовут Алдрик. И он готов дать показания. Обо всём.

Все взгляды в зале, тяжёлые и полные сомнения, поворачиваются к худощавому юноше.

Алдрик кажется ещё меньше под этим давлением.

Он сглатывает, его пальцы белеют, сжимая край стола, за которым мы стоим. Но когда он поднимает голову, в его слишком взрослых глазах — не детский страх, а решимость человека, долго скрывавшегося и наконец-то готового говорить.

— Всё… всё это правда, — его голос сначала тихий, но крепнет с каждым словом. —

Когда мы начали изучать «Резонансное Ядро», мы думали, это прорыв в артифакторике. Но потом… потом мы поняли. Если изменить полярность потока, оно превращается в оружие. Ядро меняет саму суть магии, позволяет буквально перестраивать заклинания на ходу. То, что было самым обычным магическим светильником могло трансформироваться в огненную вспышку или магический отравляющий газ, понимаете? Оно позволяло полностью контролировать магию и от этого не существовало никакой защиты. Мастер Розвальд отправил письмо с описанием во дворец. И в Совет. Через день… к нам в академию вломились. Украли все артефакты кроме Ядра, которое Розвелл спрятал отдельно.