Подкати ко мне срочно - Карли Робин Страница 22

Я уже знала, что мне нужно в отношениях. Теперь оставалось лишь понять, что мне нужно, чтобы быть счастливой в их отсутствие.

Тео кивнул, затем положил ладонь поверх моей и провел большим пальцем по моим костяшкам.

— Как ты со всем этим справляешься? Я знаю, что ты в порядке, потому что ты лучше, чем твой придурок бывший, но как ты на самом деле справляешься?

Я закатила глаза от его подколки. И хотя не было никакой необходимости защищать Эндрю, я бы не назвала его «придурком».

— Я в порядке, – искренне призналась я. – Это скорее привыкание к тому, что я теперь одна.

— Ты никогда не бываешь одна, – будничным тоном произнес Тео. Я-то ожидала, что сейчас он добавит миленькие слова типа «я всегда буду рядом», но вместо этого он произнес: – Учитывая, сколько ты говоришь, ангелочек, я не сомневаюсь, что в твоей милой прелестной головке более чем достаточно мыслей, чтобы составить тебе компанию.

— Уж кто бы говорил.

Он фыркнул прямо в свой стакан, на поверхности напитка заплясали пузырики.

— Давай сыграем в «Правда или действие».

Я закатила глаза: «Ему что, двенадцать? Он бы еще в бутылочку предложил сыграть. Семь минут в раю?»

— Ты же не серьезно…

— Правда или действие, – повторил Тео, делая большой глоток мартини.

Он был любопытнее женщины средних лет, греющей уши в салоне красоты. Я бы не назвала Уокера сплетником, но он любил быть в курсе событий. Я прямо видела, как вопросы роятся в его голове.

— Правда, – в конце концов решила я.

— Как ты зовешь свои сиськи? – выпалил Тео так быстро, что у меня не осталось сомнений: он думал об этом вопросе весь вечер.

И он уже не в первый раз меня об этом спрашивал. Уокер почему-то считал, что все женщины придумывают прозвища для своих сисек. Я понятия не имела, кто подал ему эту идею и почему он не верил мне, когда я называла его клинически сумасшедшим.

Я машинально прикрыла руками грудь:

— Я передумала. Действие.

— Придумай прозвища для своих сисек, – без промедления ответил он.

Я выругалась себе под нос. Упрямство вполне могло быть его вторым именем. Наверное, я должна была радоваться, что Тео не стал разведывать у меня подробности моего расставания. Здесь он на удивление проявил уважение – никаких любопытствующих или нежеланных вопросов. Пока что.

— Просто чтобы ты знала: нет такого правила, которое запрещало бы действию быть правдой, – с самодовольной ухмылкой заявил он, – так что порази меня своим ответом, Бэнкрофт.

Его взгляд на мгновение скользнул к моей груди.

— У моих грудей нет прозвищ, – выдохнула я.

К этому моменту я уже начинала прикидывать, не выдумать ли мне что-либо просто для того, чтобы он отстал. Я была готова поспорить, что та девка, которая скинула ему нюдсы, звала свои сиськи Афина и Афродита. Или что-то в этом духе.

— Да брось. Ты хочешь сказать, что у твоих сисек нет прозвищ? Если хочешь, я уравняю наши шансы и расскажу, как я прозвал свои яйца.

Я поборола желание высыпать ему на голову все ведерко с картофелем фри. И зачем мне вообще такое знать? Достаточно было и того, что я уже знала: он зовет свой член Тео-младшим. Это уже плохо. Особенно когда он говорил о себе в третьем лице.

— Просто удивительно, как это я смогла так долго сопротивляться твоему флирту, – пробормотала я, закатив глаза.