Рождество в Голливуде, или Лучшая роль в моей жизни - Синтия Кафка Страница 22

Отпускники, пришедшие на представление, расходятся. Мы доедаем сласти, пока ждем Криса, уединившегося, чтобы ответить на звонок, и пропустившего половину действия.

— Еще чуть-чуть – и у меня будет передоз маршмеллоу, – вздыхает Тельма, поглаживая живот.

— Ничего не случится, – возражает Кассандра. – Маршмеллоу – это жизнь! Маленькие и нежные, вреда от них точно не будет. Ладно, давайте узнаем наше будущее.

Девочка достает из рюкзака снежный шар.

— Предсказываешь судьбу с помощью шара?

— Да. Магический кристалл вышел из моды! – выпаливает она.

Невероятное создание! Всего шесть лет, а такая хитрая и умная. Похожа на меня в этом возрасте, но более зрелая.

Она гладит по груди лежащего на спине Думбо, и тот поскуливает от удовольствия, лапы у него дергаются.

Кэсси пускается в объяснения.

— Шар волшебный, а дракон, заключенный внутри, попил водички, чтобы не плеваться огнем. А еще он поел зачарованного снега и теперь знает все о жизни всех людей на Земле.

Воображению детей нет предела. Я наклоняюсь, чтобы получше рассмотреть шар.

— Это дракон? А я думала – елка.

— Елка?! – возмущенно восклицает малышка, закатив глаза. – Что ты выдумываешь?! Закажи себе очки в подарок на Новый год!

Я хохочу, вглядываясь в существо, больше всего напоминающее помесь Гринча и инопланетянина, но не собираюсь огорчать Кэсси.

— Очень красивая штука, – говорю я, чтобы подольститься к сестре Криса. – Откуда он у тебя?

Она отвечает не сразу, и я могу только надеяться, что не совершила серьезного промаха, задав этот вопрос.

— Он принадлежал Линдси. Она их собирала, когда была маленькая. А теперь предпочитает сверкающие драгоценности. Когда вырастаешь, перестаешь верить в магию и становишься грустным, поэтому я не хочу взрослеть.

— Я тоже.

Кэсси вещает, и Тельма смотрит на внучку озабоченным взглядом. Девчушка явно дорожит подарком мачехи, и я спрашиваю себя, не был ли он единственной полученной от нее вещью. Очень может быть, ведь Тельма и Крис явно недолюбливают новую жену Эдварда. Я сгораю от любопытства, но не лезу не в свое дело. Интересуют меня и бесконечные телефонные переговоры красавчика: он весь день то и дело отходит в сторонку, чтобы поговорить. Стоит раздаться звонку, и вид у него делается серьезный, даже раздраженный.

— Ба, ты искупаешься в бассейне молодости и станешь феей, – обещает Кэсси Тельме.

— Гениально, детка, хорошо бы поскорее.

— Ты, Элли, будешь жить в большом доме в лесу с семью детьми, четырьмя кошками и тремя собаками и станешь чемпионкой по синхронному плаванию.

— Знаешь, нужно было нам повстречаться десять лет назад, я бы только плавала и не тратила попусту время на всякие глупости!

Кэсси делает большие глаза.

— Ладно тебе, Элли, десять лет назад меня и на свете не было! Ой, звезда полетела, видели?!

— Нет, – отвечает Тельма. – Уверена, что это был не самолет?

Кэсси уверена «железно» – «и пусть мой нос превратится в тыкву, если я ошиблась», – и мы поднимаем глаза к небу. Луна почти полная, золотистый свет отражается в реке, падает на громаду Эль-Капитана. Это напоминает сладкую передышку, и я наслаждаюсь моментом, помня, что родственники понятия не имеют, где я нахожусь, Приотто может немедленно меня уволить, если, не приведи Господи, узнает, что я взошла на борт автодома, Тельма не получила – как обычно! – ответа от Линдси на свое сообщение.