Твоё безумное чудовище - Кристина Миляева Страница 23

— Наверное, — кивнула я, вспоминая ту сцену в кабинете. Лёха или Дима? Если они так близки, то, возможно, и девушек делят…

— Ты чего задумалась? — спросил Дима, наклоняя голову.

— Нет, ничего, — спохватилась я. — Просто интересно, каково это — иметь брата-близнеца. Вас не путают?

— Постоянно, — рассмеялся он. — Особенно девушки. Знаешь, сколько раз ко мне подходили и начинали разговор, который предназначался Лёхе? А он, между прочим, такой же, как я, только в очках и с вечно серьёзной мордой. Но мы научились друг за друга отмазываться.

Он говорил это так легко, так открыто, что я почти забыла о своих подозрениях. Почти.

Мы проговорили больше часа. Кофе давно остыл, но никто не спешил уходить. Дима был идеальным собеседником — внимательным, остроумным, умеющим и слушать, и рассказывать. Он шутил, я смеялась, и постепенно напряжение отпустило. Я начала чувствовать себя с ним почти спокойно.

— Слушай, — сказал он вдруг, глядя на меня с той самой тёплой улыбкой. — А может, прогуляемся? Погода вроде разгулялась. Покажу тебе одно классное место.

— Какое? — спросила я, хотя внутри уже согласилась.

— Секрет, — подмигнул он. — Пойдём — увидишь.

Я допила остывший капучино, и мы вышли из кафе. На улице и правда стало лучше — дождь кончился, сквозь тучи пробивалось бледное солнце, воздух пах осенью и мокрым асфальтом. Дима взял меня за руку, и от этого простого жеста по телу пробежала дрожь.

Мы шли по арбатским переулкам, он рассказывал какие-то забавные истории из студенческой жизни, показывал старые здания, и я почти забыла, где нахожусь. Просто наслаждалась моментом, его голосом, его рукой в моей, этим странным, пьянящим чувством, которое называют «первым свиданием».

— Сюда, — сказал он, сворачивая в какую-то подворотню.

— Здесь? — удивилась я. Подворотня была тёмной, грязной, совсем не подходящей для прогулок.

— Не бойся, — улыбнулся он. — Это проходной двор. Сейчас выйдем на набережную, там и будет то самое место.

Я послушно пошла за ним. Рука в его руке казалась такой маленькой, такой беззащитной. И вдруг в голову ударила мысль: «А что, если это ловушка?». Но сразу же отогнала её. Глупости. Слишком много детективов смотрю.

В проходном дворе было темно, фонарь не горел, и я почти ничего не видела. Только чувствовала его руку, тянущую меня вперёд. И вдруг — резкая боль в затылке, вспышка перед глазами, и темнота.

Сознание возвращалось медленно, толчками. Сначала слух: где-то далеко гудит что-то, похожее на вентиляцию. Потом обоняние: запах — чистый, стерильный, с примесью чего-то сладковатого, почти приторного. Потом тело: я лежу на чём-то очень мягком, очень удобном, и я… голая.

Глаза распахнулись резко, от ужаса.

Я лежала на огромной кровати под балдахином из тяжёлой тёмной ткани. Постельное бельё — шёлковое, чёрное, приятно холодило кожу. Надо мной нависал потолок. Зеркальный. Я видела в нём своё отражение — бледную девушку с распущенными светлыми волосами, раскинувшуюся на чёрных простынях. Совершенно голую.

Сердце заколотилось где-то в горле. Я резко села, зарываясь руками в простыни, пытаясь прикрыться. Комната, в которой я оказалась, была… шикарной. Огромная кровать занимала центральное место. Вдоль стен — изящные тумбы, комоды из тёмного дерева, тяжёлые портьеры на окнах (окна? есть ли здесь окна?). Пол устилал пушистый ковёр, в котором утопали ноги. Горел мягкий, приглушённый свет — откуда он исходил, я не поняла.