Измена. У тебя есть другая - Диана Ярина Страница 23

Я сразу же отозвалась и не раздумывала ни секунды!

Мы оказываемся в гулком коридоре.

Совсем одни.

Свет приглушен.

— Говори!

Мои нервы натянуты, как струны. В голове мелькают худшие варианты: авария, драка, долги…

Плохая компания?!

Все, что уже было. Все, из-за чего когда-то не спала ночами.

Но Георгий не отвечает.

Тянет время? Зачем!

Как он жесток: издеваться подобным образом над любящей матерью!

Внезапно он качнулся вперед — от выпитого спиртного или от эмоций — и вдруг резко наклоняется ко мне. Его ладонь властно обхватывает мой затылок, пальцы запутываются в волосах.

А потом — поцелуй.

Горячий, спиртовой, жадный.

Я застываю.

Таких поцелуев не было у нас давно, кажется, будто целую вечность!

Этот вкус — знакомый, до боли. Этот запах — его одеколон, его дыхание, жар и сила его тела и… предательство.

Тело вспоминает раньше разума.

Я отталкиваю Георгия так резко, что он налетает на стену.

— Ты с ума сошел?!

Мой злой шепот превращается почти в крик.

Крик возмущения, непонимания и какого-то отчаяния.

А еще я встревожена тем, не заметил ли он, как отозвалось мое тело: учащенным сердцебиением и невольной дрожью.

Мне хотелось забыться, мне хотелось закрыть глаза и отдаться этому поцелую.

Но между нами стоит его проклятая измена!

Глаза Георгия — горящие, в них мелькает что-то дикое. То, что я не видела весь последний год. Там было лишь раздражение и усталость.

— Ты не имеешь права… — начинаю я, но он перебивает.

— Я все еще твой муж, забыла?

— ПОЧТИ БЫВШИЙ МУЖ! — поправляю я. — Вот о чем ты забыл! Не приближайся ко мне ближе, чем на метр!

— Ах, вот как! Я все еще твой законный муж, который вдруг прав не имеет! А Коля имеет?! — рычит, как разъяренный зверь.

— При чем здесь Коля? Ты же знаешь, он тот еще клоун и весельчак, балагур!

— Плевал я на его репутацию! Мне хватило того, что он тебя лапал! Я против.

— Вот ты наглец! Не забыл, из-за чего я подала на развод? Из-за твоей измены: ты завел любовницу и даже детей с ней познакомил. Готовился ввести ее в семью, вместо меня! А теперь, что? Решил ревность изобразить? Зачем?!

— Ты специально меня решила раззадорить? В этом платье? При всех?

Он смотрит на меня по-новому и говорит хриплым голосом:

— Ты пахнешь иначе. У тебя снова горят глаза, ты… Ты снова ТА, которую я знал. ТА, которую любил. ТА, по которой я сходил с ума. У тебя, что, этот период закончился, а ты мне ничего не сказала?! — возмущается. — Да как ты могла! Да неужели ты не понимаешь, что не нужна мне эта девка, это просто дырка для слива, потому что, как бы я тебя ни любил, но ты стала невыносимой, с тобой было просто невозможно находиться. Мне нужна была женская ласка и тепло, умение слушать.

— И ты нашел это на стороне, как мило. Одна кукла сломалась, ты нашел ей замену.

— Ты никогда не была для меня — куклой! — сузил он глаза. — А вот она — да. Красивая, яркая. Сексуальная. Просто кукла! Ничего больше. И, если бы ты дала знать, что тебе снова хорошо, что все снова возвращается на круги своя, то…

— То, что? — спрашиваю я устало. — Ну, что? То ты бы просто прикрыл свой левачок так, чтобы я ничего о нем не узнала? И это ты называешь любовью? Нет, Жор. Ты не любишь меня, не любишь! Ты просто не хочешь терять привычный уклад жизни и украшаешь это громкими словами о любви, которой… давно нет.