Развод. Генерал, начинайте с нуля - Виолетта Весна Страница 23

Юрист записал замечания. Я пересчитала общий баланс. Квартира — четырнадцать миллионов восемьсот. Доля — три шестьсот. Накопления и ценные бумаги на последнюю отчетную дату — почти тринадцать миллионов. Машина — два двести. Если я сохраняла квартиру и долю, а Андрей получал машину и большую часть ликвидных активов, разница требовала компенсации около полутора миллионов. Точная цифра зависела от курса бумаг и остатка кредита.

Это уже не выглядело неподъемным. Шестьдесят с небольшим тысяч в месяц два года, если мы договоримся о рассрочке. Достаточно, чтобы отказаться от части личных трат и отложить ремонт офиса, но не достаточно, чтобы продать долю или брать дорогой кредит.

— Ты довольна? — спросила Лариса.

— Я могу заплатить.

— Я спрашивала не это.

— Тогда вопрос слишком общий.

— Ладно. Ты хочешь сохранить квартиру за такую цену?

Я посмотрела на расчет. Квартира стоила не только денег. Из нее было удобно ездить на работу, у Ксении оставалась своя комната, рядом жила моя мать, которую мы не посвящали в наши споры и не просили выбирать сторону. Но после переезда Андрея три комнаты стали слишком просторными для одного человека. Я могла продать их, купить жилье меньше и не платить компенсацию.

— Пока хочу, — ответила я. — Через год смогу продать, если решу иначе. Сейчас не хочу менять одновременно брак, работу и адрес.

— Это уже похоже на желание, а не на расчет.

— Иногда они совпадают.

В субботу Андрей приехал за книгами. Предупредил утром, подтвердил за час и поднялся ровно в пять. Я подготовила пустые коробки, но не стала сортировать библиотеку заранее.

— Забирай то, что считаешь своим, — сказала я. — По спорным книгам договоримся.

— Спорные книги звучат серьезнее спорной недвижимости.

— У недвижимости есть отчет. У первого издания Довлатова только наша память о том, кто купил.

— Ты купила. В Петербурге, у метро.

— Значит, память работает.

Он оставил книгу на моей полке.

Мы сортировали два часа. Профессиональная литература по управлению и праву в основном принадлежала Андрею. Мои книги по оценке, интервью и организационной психологии оставались мне. Художественные делили по тому, кто чаще перечитывал. Если оба хотели один экземпляр, бросали монету. Андрей проиграл сборник рассказов, выиграл атлас русской архитектуры и честно записал оба результата в опись.

С фотографиями было сложнее. В шкафу лежали четыре альбома и конверт с отпечатками, которые мы так и не разобрали. На большей части были мы втроем. Забрать фотографию означало оставить другого без нее.

— Отсканируем, — предложил Андрей. — Оригиналы разделим после копирования.

— Закажу в фотолаборатории.

— Могу отвезти завтра.

Я почти сказала «хорошо» и передала ему конверт. Потом спросила:

— Ты хочешь отвезти сам или считаешь, что мне некогда?

— Хочу сам. У меня завтра нет работы.

Фраза прозвучала ровно. Андрей впервые назвал отсутствие работы без пояснения о временном периоде и будущих переговорах.

— Тогда отвези. Нужны цифровые копии и по одному комплекту печати.

— Срок обычно три дня. Уточню.

Он взял конверт и внес его в список временно переданных вещей.

В нижнем ящике нашлась папка с документами на его обучение. Андрей просмотрел ее и положил в коробку, а спустя минуту достал одну справку.