«Я тоже» не значит «люблю» - Виолета Рид Страница 24

— Гермиона и Рон поцеловались в Тайной комнате после того, как выжили.

— И выглядело это притянутым за уши, – парировала я, махнув рукой. – Хотя ладно, кое-какие намеки были, например, в «Кубке огня», на том самом зимнем балу.

Крыть Уильяму было нечем.

— И к тому же Нора – сильная и независимая героиня, она сама решает любые проблемы. Выглядит неправдоподобно, что Калеб должен ее спасать, а уж тем более что она… отблагодарит его столь интимно. – Я старалась выражаться максимально политкорректно, ведь это была рабочая встреча и я не могла заорать: «Да боже мой, идиот, кто вообще делает минет в знак благодарности?!»

— То есть, по-твоему, сильная и независимая женщина не делает минеты?

У меня свело желудок от того, как он это произнес. На мое счастье, в переговорке никого не было, я сидела в наушниках и никто этого не слышал.

— Я просто говорю, что это совершенно нереалистично в данной ситуации, – возмущенно заявила я.

— Да какого хрена! Он же только что спас ей жизнь! – выпалил он.

— И что? – Я непроизвольно повысила голос. – Это повод для награды? Вот уж нет! – Я покачала головой. – Если она вдруг решит это сделать, то потому, что ей этого хочется, а не из чувства благодарности. Я против того, чтобы сцена происходила именно там и так, но, если уж ты хочешь ее оставить, создай хотя бы соответствующую атмосферу. – Я с силой сжала ручку. – Поверить не могу: Калеб убивает монстра, и Нора тут же опускается на колени.

Уильям открыл было рот, но я не дала ему вставить ни слова.

— И я еще раз скажу, что Хантер куда лучше подходит для таких сцен. Он более дерзкий и развязный. Подумай об этом, не нужно решать прямо сейчас.

— Да лучше я вообще откажусь от этой книги, чем уступлю твоим требованиям, – твердо заявил он.

— Что? – неверяще выдохнула я.

Его снисходительная ухмылка мгновенно вывела меня из себя. Вся злость, копившаяся неделями, прорвалась наружу.

— Прости, я что, сказала что-то смешное? Потому что я здесь не для того, чтобы тебя развлекать, – твердо сказала я. – Я здесь, чтобы делать свою работу и, похоже, теперь ещe и твою. Так что будь добр, прояви хоть каплю уважения. И напомню: если ты не сдашь рукопись, это будет нарушением контракта. – Я сурово взглянула на него. – Интересно, какое издательство захочет с тобой работать после того, как ты подставишь такого крупного игрока на рынке.

«Что ты несeшь?! Совсем с ума сошла?»

Уильям смотрел на меня не моргая, и меня понесло:

— Знаешь, всe просто. Ты даeшь мне фэнтези, а я тебе – любовную линию. Ты пишешь книгу, я еe редактирую. Еe издадут, критики рассыплются в похвалах, она станет бестселлером, ты восстановишь себе репутацию, и все будут довольны, – закончила я, обмирая внутри.

— Все – кроме меня.

«Да заткнись ты!» Меня так и тянуло это сказать, но я и без того уже вышла за любые рамки. Меня могли уволить и за меньшее, и тогда прости-прощай грин-карта. Но отступать было поздно.

— Книга должна попасть в топ любовных романов, – напомнила я. – Разве ты не хочешь всем доказать, на что способен?

Он задумчиво кивнул.

«На заметку: если польстить его самолюбию, это помогает включить здравый смысл».

Уильям провел ладонью по лицу. Наконец, вечность спустя, он поднял на меня взгляд.

— Думаю, я смогу закончить книгу к концу мая, – процедил он сквозь зубы.