Двое мужчин. Ни одного рядом - Виолетта Весна Страница 24

Представитель Павла попросил перерыв. Они вышли. Я налила воду из кулера, но пить не стала.

— Вы держитесь за публичное признание? — спросила Елена.

— Нет.

— Тогда сформулируйте минимум. Не моральный, а исполнимый.

Я открыла записи.

— Клиника прекращает использовать шаблоны вне конкретных завершенных заказов. Убирает рекламу с проектом Крыловых до получения согласия. Подтверждает мое авторство там, где материал остается в портфолио. Оборудование ИП не включается в общий перечень до оценки происхождения денег. Квартира продается после независимой оценки, не ниже согласованного порога. Компенсацию считаем отдельно.

— Хорошо. Что готовы уступить?

— Не требовать публичного сообщения о причине развода. Не мешать клинике обслуживать завершенные объекты по переданным инструкциям. Дать переходный срок на замену внутренних форм.

— Уже похоже на переговорную позицию.

— А до этого?

— До этого у вас была справедливая злость. В соглашениях она плохо исполняется.

Павел вернулся через десять минут. Он согласился разделить вопросы, но отказался признавать мой перечень материалов. Мы договорились обменяться документами и встретиться через две недели.

— Четыре миллиона двести тысяч остаются на столе до пятницы, — сказал он в коридоре.

— Направь срок письменно.

— Ты действительно готова потерять деньги ради имени под картинкой?

— Я готова узнать, что именно ты покупаешь.

Он покачал головой и ушел к лифту.

После встречи я приехала к Инне. Она снимала небольшую комнату в бухгалтерском центре и работала там по вечерам над частными заказами. На стене висела доска с графиком платежей, на подоконнике стоял принтер, который занимал почти половину свободного места.

— Четыре двести? — переспросила она. — Уже интереснее. Но сколько останется после отказа от работы?

— Елена сказала то же самое более вежливо.

— За вежливость у нее почасовая ставка. У меня дружба.

Инна открыла финансовую модель моего ИП. При сохранении четырех текущих проектов и двух прямых заказов я могла закончить квартал без убытка. После этого требовалось не меньше трех новых клиентов в месяц, чтобы содержать мастерскую, Лизу и подрядчиков.

— Эта аренда тебя съест, — сказала Инна. — Сто десять тысяч плюс коммунальные. Ты платила за близость к клинике. Теперь она тебе зачем?

— Склад образцов, демонстрационный санузел, место для клиентов.

— Все это можно сделать на меньшей площади. Или разделить склад и приемную.

— Переезд тоже стоит денег.

— Считаем.

Мы внесли в таблицу депозит, перевозку, косметический ремонт, вывеску, связь и резерв на три месяца. Дешевое помещение с плохим входом не подходило: студия доступной среды не могла находиться на третьем этаже без лифта или за двумя тяжелыми дверями. Но мне не требовался центр города и соседство с клиникой.

— Если вложишь триста пятьдесят тысяч в переезд и сократишь аренду до шестидесяти, экономия за год составит шестьсот тысяч до дополнительных расходов, — сказала Инна. — Не мгновенно, но логично.

— Из накоплений уже уйдет аванс Елене, экспертиза и возможная оценка квартиры.

— Сколько у тебя свободно после резервов по проектам?

Я назвала сумму.

— Миллион триста пятьдесят был до оплаты юриста, — уточнила Инна. — Сейчас один миллион двести шестьдесят. Из них четыреста нельзя трогать: налоги, зарплата, текущие подрядчики. Остается восемьсот шестьдесят.