Невинная любовь - Бусе Кудун Страница 25

Когда кусочек хлеба с громким звуком выскочил из тостера, очень аккуратно, стараясь не обжечь пальцы, я взяла его и положила на тарелку. Сидя за столиком на кухне, я пыталась отвлечь себя запахом свежего тоста. Но даже шоколад, который я намазала на него, не смог заставить меня хоть немного порадоваться жизни.

Вздохнув, я положила тост на тарелку и откинулась на спинку деревянного стула. Не обращая внимания на доски, впивающиеся в мой позвоночник, я продолжала терять душевный покой. Собственно, все последнее время я только это и делала. Возможно, мне нравилось мучить себя, и мне потребовалось двадцать семь лет, чтобы наконец понять это. Конечно, я должна была встретиться с Динчером.

С другого конца квартиры донесся вибрирующий звук телефона, известившего о новом сообщении. Я была очень зависима от телефона, поэтому старалась держать его подальше, однако сигналы входящих сообщений возвращали меня к жизни. Это была мелочь по сравнению с другими моими причудами, но все же одна из тех вещей, о которых лучше бы никому не знать.

Обычно звук сообщений прерывался несколькими звонками, но в этот раз кто-то настойчиво, без остановки отправлял сообщения. По многу раз просматривая на экране имена авторов входящих в течение последних десяти часов, я надеялась, что хотя бы одно из них будет от Динчера, но вскоре отказалась от этой мечты. И сейчас я точно знала, что настойчивый человек, отправляющий мне сообщения одно за другим, не он.

Не в силах больше терпеть, я направилась в свою комнату. В квартире площадью сорок пять квадратных метров мне потребовалось немного времени, чтобы добраться до телефона. На экране высвечивались имена, но ни одно из них меня не заинтересовало. Спустя несколько часов я разблокировала экран и посмотрела на автора уведомлений, которые и заманили меня в комнату. Это был Эге. Чтение всех сообщений снова ввергло бы меня в новую депрессию, поэтому я прочитала только то, что он прислал в последние два часа.

Эге: «Ты понимаешь, что мы беспокоимся?»

Эге: «Мы не получали от тебя вестей уже несколько часов».

Эге: «Я приходил к тебе вчера вечером и сегодня утром, но ты не открыла».

Эге: «Но кто тогда сменил белье на балконе?»

Эге: «Неужели убийца, который пришел к тебе и убил тебя, решил постирать твое грязное белье?»

Эге: «Если да, то я уверен, что он видел / ты видишь это сообщение».

Эге: «Послушай меня, приятель. Если она еще жива, я могу дать тебе второй шанс».

Эге: «Просто отдай ей телефон».

Эге: «И заставь ее позвонить мне».

Эге: «Она мне позвонит?»

Я нажала на имя Эге на экране, он взял трубку через две секунды.

— Похоже, тебе попался убийца с добрым сердцем, – сказал он, как только ответил.

— Он еще не убил меня, значит, он не убийца. – Впервые с прошлой ночи я улыбнулась.

— Тогда давай назовем его извращенцем.

— Возможно, извращенцем из прачечной.

Эге рассмеялся. Разговаривая с ним, я вернулась на кухню. Хотя, наверное, называть это место кухней было не совсем правильно. Я сидела за столом в центре своей гостиной, одной стороной стол упирался в холодильник, а прямо перед ним был телевизор. Мне действительно уже давно пора переехать отсюда.

Моя кошка Сюзан медленно подошла ко мне и потерлась о мою ногу, оставив белую шерсть на черных колготках.