Развод в 42. Верни меня, мой генерал - Элен Блио,Полина Измайлова Страница 27

— Не подумай, это не потому, что холостых отправляют в самую тьмутаракань, а женатых в приличные места, нет. Просто… просто я ведь буду нести за тебя ответственность. И мы должны понять, где ты будешь.

— С тобой, Саш, я буду с тобой.

— А учёба? Ты будущий врач, и…

— Может быть там, куда нас отправят будет медицинский?

— В военном городке? В лесу?

— Почему обязательно в лесу, Саш? Ну… рядом же будут города?

Он усмехнулся.

Я на самом деле была слишком далека от понимания как там всё у военных.

— Саш, справимся. Есть вечерний, заочный. Ничего, прорвёмся.

Прорвёмся.

Я искренне так думала.

Я даже не представляла, что над нами уже висит этот Дамоклов меч.

Это проклятие.

У нас уже совсем не было времени.

Это я думала, что оно есть.

Мы были счастливы.

Счастье было во всем, в мелочах, в том, что он перевёз меня в квартиру, которую мы называли нашей.

В том, что в этой квартире я его ждала по вечерам в пятницу. Готовила ужин.

Счастье было в совместных завтраках. В прогулках.

В том, как он помогал мне учить латынь, писать конспекты. Повторять сложный материал.

Однажды снял рубашку, и сказал – вот, можешь изучать, какие мышцы тебя интересуют?

И я изучала.

А потом… потом мы падали на матрас, и он изучал меня.

И каждый раз это было по-новому. И каждый раз – волшебно.

В самый первый раз – я отчётливо запомнила его глаза, когда он сделал меня женщиной. Расширившиеся в эту секунду зрачки. То, как его глаза затуманились. Это выражение – обладания, понимания, что он первый, что это теперь навсегда. И для меня, и для него.

Я не помню боли, была какая-то удивительная наполненность. Завершенность. И то, чего я даже не представляла в своём теле. Такие невероятные, волшебные ощущения, такое удовольствие.

Об этом я, конечно, не рассказываю Богданову и его Кире.

Просто замолкаю, закрывая глаза.

— А что было потом, Лана?

— А потом приехала его бабушка.

Глава 16

Глава 16

Кто говорит, что время лечит? Что оно притупляет боль?

Возможно, у кого-то, для кого-то – да.

Но не для меня.

Не в этой истории.

Богданов хмурится.

Ходит из угла в угол.

Думает.

Его Кира смотрит на него, потом на меня.

— Мы всё решим. У нас всё получится, Лана. Мы с вами сильные женщины. Столько всего позади, а мы… мы живы. Мы только крепче становимся. Гнёмся, но не ломаемся.

Если бы…

Если бы в это поверить!

— Меня сейчас больше всего волнует сын. Я же понимаю, что это не просто так. Это всё заслуга моего бывшего мужа и его семейки! Они хотят меня уничтожить. И их…

— Да, это сейчас первоочередная задача. Сделать так, чтобы у детей всё было благополучно. Их бы, конечно, сюда перевезти. – отвечает Богданов.

— Зачем? Там ведь институт?

— Я думаю, в любом случае надо будет поднимать вопрос о переводе. Но в этом случае… с дочкой проще, а вот сын…

— Поймите, я не против того, чтобы он служил. Но не так! Не когда среди курса срывают, и…

— Я всё понимаю, Светлана. Главное, что вы знаете – теперь вы под защитой. Моей личной и… уверен, всех друзей генерала Соболя.

— А он… Саша… там… там всё серьёзно? Я… я могла бы ухаживать. Сиделкой могу, я подрабатывала раньше я всё знаю, и…

— Я врать вам не буду. Серьёзно, да. Задета центральная нервная система. Но… я опытный врач, я многое знаю и понимаю. Характер повреждений он не настолько сложный чтобы мы не могли поставить пациента на ноги. С возможностями современной медицины. Двадцать лет назад я бы не дал гарантий. Сейчас – даю. Но вот…